нулся я головой вниз, в глубокой воронке. Я совсем оглох и
ничего не слышал, осколок пробил мою каску чуть выше
виска и намертво застрял в пробоине, ну и плевать пусть
торчит.
Я нашел карабин, главное что он в порядке, только ствол
был забит землей. Я на коленях вылез из воронки, автомат
видимо улетел из моих рук и его не было поблизости, ладно
я найду себе еще. Роткирх и Хайльманн были изрешечены
осколками, они шли спереди и закрыли нас своими телами,
раненый Калер стоял на коленях и держался за голову, меж-
ду пальцев у него текла кровь. Фитингоф и Нейбах, слава
Богу, были относительно в порядке, только вытряхивали из
ушей землю, они взяли под руки Калера и мы пошли. Я на
ходу выдернул затвором патрон из ствола и достав шомпол
похожий на свинцовые бусы выбил землю из ствола, затем
основательно, насколько это позволяла ходьба продул и
прочистил ствол. Дослав патрон я почувствовал себя намно-
го лучше, Маузер был частью меня и я дорожил им как сво-
им организмом. Я подобрал автомат МР-40 и две гранаты,
мы вошли в лесной массив, убитых и раненых соберем по-
том, сейчас нужно было позаботиться о живых, убить как
можно больше русских и спасти как можно больше немцев.
Я держал автомат наготове, разрозненные группы русских
могли попасться нам в любой момент. По звуку канонады
