12
Из такой тюрьмы было невозможно убежать. Камеры не имели выхода – тот формировался лишь по мере необходимости, по команде с пульта управления.
Коридор был узким, не рассчитанным на меклонца, и тот в очередной раз изменил форму, сплющился.
– Почему они не заблокировали пульт? – риторически спросил Кей. – Нас словно специально пропустили.
– Возможно, – согласился идущий впереди Кас/с/ис. – Но стоит ли об этом жалеть?
Дверь оказалась закрытой, но меклонец даже не стал тратить на нее заряд. Навалился передними лапами и выбил внутрь.
В маленькой белой комнатке сидел за столом врач. При появлении меклонца и двух людей в броне он торопливо поднялся.
– Я вольнонаемный, и у меня аТан, – быстро произнес он. – Вам не требуется меня убивать. Я даже не обязан сопротивляться… и не собираюсь этого делать.
Кей обвел взглядом помещение. Три двери, ряд закрытых стеклянными дверцами шкафов. Лекарства, инструменты, полуразобранный хирургический робот на диагностическом стенде.
– Где твой пациент, врач? – спросил Кей.
– Мальчик? В реанимационной. Его не следует транспортировать, состояние крайне неустойчивое.
Врач доброжелательно улыбнулся.
– Твоими стараниями «неустойчивое»? – полюбопытствовал Кей. – Где?
Кивок на одну из дверей.
– Он один?
Снова кивок, но слишком поспешный.
– Убей его, Кас/с/ис, – попросил Кей.
Меклонец взмахнул резко удлинившейся лапой, и шея врача хрустнула. С неестественно вывернутой головой он упал на пол.
Кей и меклонец обменялись взглядами.
– Попробуем, – решил меклонец, грациозно подходя к указанной двери. Кей встал слева от него, метрах в двух. Не оборачиваясь, велел Томми:
– Стой за порогом. Наблюдай за комнатой. Если что, иди к Андрею.
Он включил плазменный режим «Серафима» и осторожно прикоснулся к стене. Пластик таял как льдинка на огне.
– Давай, – сказал Кей.
Одним рывком меклонец вышиб дверь, наполовину просунувшись внутрь. Одновременно Кей шагнул сквозь стену.
Артур, прикрытый по горло простыней, лежал на высокой, громоздкой от встроенных приборов кровати. У его изголовья, криво улыбаясь, сидел плотный мужчина в кричаще-яркой оранжевой рубашке. Оружия у него не было – только маленький цилиндрик, прижатый к голове мальчика.
– Привет, – сказал мужчина. – Врача хлопнули? Стоило, признаю.
Кей и Артур молча смотрели друг на друга. Почему-то Кей был уверен, что мальчишка узнал его – даже сквозь искаженный колпак силового шлема, в окутанной огнем и расплавленной пластмассой броне.
– У меня в руках шоковая граната со снятой чекой, – сказал мужчина. – Стоит мне умереть, и его головешка расколется как орех. Ясно?
Лицо Артура было зеленовато-бледным, с ввалившимися скулами. Даже глаза изменились… утратили властность маленького принца.
– И ты умрешь, – сказал Кей.
– Ну и что? У меня аТан, спасибо Кертису. А вам мальчик нужен живым, верно? Он ведь и сам умирать не хочет… почему- то.
– Кей, – тихо сказал Артур. – Убей его… мы начнем сначала. Я обещаю, мы вновь пойдем вместе.
Лицо толстяка дрогнуло.
– Как видишь, у нас есть варианты, – дружелюбно сказал Кей. – Ну что, меняемся? Жизнь мальчика – на твою.
– Вариантов уже нет, – холодно сказали из-за спины. – Опустите оружие и можете обернуться, но очень плавно. Особенно ты, ящерица. Учти, я среагирую на открытие боевых амбразур.
Первый раз за сегодняшний день Кей Дач почувствовал, что проиграл. Он повернулся – плавно, как требовал невидимый враг,
