Дон-дон! Дуб — ухо, и сосна другое, Одно лицо, сосец же хвои Роняют в ночи глубину И по ее пустому дну Влачат зеленые лохмотья. Не бездне ли вручаю плоть я, А разум — звездам — палым розам, Что за окном чумацким возом Пристали, осью верезжа? То в зале сердца вальс забытый, Я к сорока, как визг ножа, Познал словесного ежа, Как знал в младенчестве ракиты. Культура — вечная вдова, Супруг поженится в Мемфисе, — Оскалом тигра, хваткой рыси Цветут дикарские слова. И таборною головней Грозят пришелице ночной: — Уйди, колдунья! У-гу-гу! — Подсела ближе к очагу, И пальцы синие в опалах Костра лесного лижут жала. Ляс, ляс… плю, плю… Ужель вдовицу полюблю Я, первоцвет из Костромы, Румяный Лель — исчадье тьмы. — Уйди, старуха! — Злой комар В моем мозгу раздул пожар, Горю, товарищи, горю! И ненавижу и люблю Затоны лунные — опалы, Где муза крылья искупала Лебяжьи с сыченой капелью, С речным разливом по апрелю, С малиновым калужным словом И с соловьем в кусту ольховом. Прости, родимое, прости! Я с новым посохом в пути, Змеиным, в яростных опалах И в каплях крови черно-алых, Иду в неведомые залы, Где легковейней опахалы, Струится вальс — ночной комар — На биллион влюбленных пар!
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату