По косогорам прядут рябины. Доска от сердца сосны кондовой — Иконописцу, как сот медовый, Кадит фиалкой, и дух лесной В сосновых жилах гудит пчелой. Явленье Иконы — прилет журавля, — Едва прозвенит жаворонком земля, Смиренному Павлу в персты и в зрачки Слетятся с павлинами радуг полки, Чтоб в роще ресниц, в лукоморьях ногтей, Повывесть птенцов — голубых лебедей, — Их плески и трубы с лазурным пером Слывут по Сиговцу «доличным письмом». «Виденье Лица» богомазы берут То с хвойных потемок, где теплится трут, То с глуби озер, где ткачиха-луна За кросном янтарным грустит у окна. Егорию с селезня пишется конь, Миколе — с крещатого клена фелонь, Успение — с перышек горлиц в дупле, Когда молотьба и покой на селе. Распятие — с редьки: как гвозди креста, Так редечный сок опаляет уста. Но краше и трепетней зографу зреть На птичьих загонах гусиную сеть, Лукавые мёрды и петли ремней Для тысячи белых кувшинковых шей. То Образ Суда, и метелица крыл — Тень мира сего от сосцов до могил. Студеная Кола, Поволжье и Дон Тверды не железом, а воском икон. Гончарное дело прехитро зело. Им славится Вятка, Опошня село; — Цветет Украина румяным горшком, А Вятка кунганом, ребячьим коньком, Сиговец же Андому знает реку, Там в крынках кукушка ку-ку да ку-ку, Журавль-рукомойник курлы да курлы, И по сту годов доможирят котлы… Сиговому Лбу похвала — Силиверст, Он вылепил Спаса на Лопский погост, Украсил сурьмой и в печище обжег, — Суров и прекрасен глазуревый Бог. На Лопский погост (лопари, а не чудь) Укажут куницы да рябчики путь: —
