Дамиры придумали состав, который позволяет им контролировать своих демонов на ранних стадиях. Конечно, им не надо было прибегать к помощи управления, они просто ждали, пока человеческая сущность повзрослеет и сумеет сама подчинить вторую ипостась.
Во рту появляется неприятный привкус металла, боль сжимает виски тисками, я охаю, хватаюсь руками за голову. Закрываю глаза, и кровать подо мной тут же начинает стремительно вращаться. Испуганно открываю глаза и смотрю в потолок.
Что со мной?
Тело прошибает холодный пот, по коже бегут мурашки, и я чувствую, как подкатывает к горлу тошнота.
С трудом поднявшись на ноги, со всей поспешностью бреду в туалет, наклоняюсь над раковиной и меня мучительно долго рвет.
Включив воду, я жадно пью прямо из-под крана. Голова готова лопнуть, тело сотрясается от крупной дрожи, но зато хотя бы больше не тошнит, и это уже хорошо.
С большим трудом умывшись, я опускаюсь прямо на махровый коврик рядом с душевой кабиной, откидываю голову назад и переношусь в воспоминания трехлетней давности…
Испуганный демон стоит посреди комнаты, ошарашенно оглядывается и прижимает к груди белого котенка.
– Агент четыре-три, – рычит подполковник. – Вы следующая!
Я киваю, беру черный фломастер и захожу внутрь.
Зверь ошибся во мне…
Нет, я не собираюсь нарушать приказ, наоборот, я выполняю все в соответствии с возложенными на меня обязанностями.
Все заранее спланировано. Меня готовили к этому долгое время, меня кололи кровью синеглазого демона с единственной целью – разгадать загадку.
– Превосходно, агент четыре-три! – пожимает мою руку подполковник. – Этот чертов демон наш со всеми потрохами.
Мужчина уже внутренне принимает поздравления об успешно проведенной операции.
Картинки пазла медленно возвращаются ко мне. Одно за другим воспоминания заполняют пробелы памяти. Пройдет еще около часа, прежде чем я смогу вспомнить все, но самое важное я уже знаю.
Я помню свой приказ – внедриться, узнать, выкрасть и доставить начальству.
Боже, как такое возможно! Я же люблю Кристофа, действительно люблю!
Слезы бегут по щекам, но я даже не замечаю их.
Черт! Что же делать? Признаться, пока не поздно, Кристофу, что его первоначальные подозрения верны, и я действительно внедренный агент.
О том, чтобы предать его и Зверя, я даже не думаю. Я не вернусь в управление, я не выдам секрет Дамиров.
Нет! Я слишком люблю его…
К горлу опять подступает тошнота. Я поднимаюсь на слабых ногах, склоняюсь над раковиной. Что же со мной такое? Надо достать аптечку и выпить хоть что-то.
Трясущимися руками ворошу упаковки, быстро глотаю «пенталгин», ищу что-то от желудка, но неожиданно взгляд падает на небольшую запечатанную коробочку.
Подняв глаза, потрясенно смотрю на свое растерянное отражение, громко всхлипываю и тут же закрываю себе рот рукой.
Не время лить слезы. У меня есть приказ, у меня есть одна четкая цель, и я должна идти до конца, как бы больно при этом мне не было.
Я выхожу из ванной, хватаю свой КПК с постели, покидаю комнату и захожу в соседнюю спальню.
Код на панели – дата моего собеседования. Теперь я даже знаю, почему мы ждали почти год, прежде чем внедрить меня глубже.
Ответ приходит из глубин памяти сам собой – в идеально спланированную операцию вмешался Рик.
Из-за ментального блока я искренне верила, что уволилась со службы сама, что больше не являюсь агентом. Меня должны были внедрить к Кристофу сразу, но Рик буквально вырвал меня из-под слежки и увез к себе в дом.
Три месяца, пока я была с ним, подполковник рвал и метал, но после того как меня нашли на больничной койке, стало очевидно – дальнейшее внедрение провести невозможно.
Те полгода, что я проходила восстановление, службы «пасли» меня отдаленно, уже и не рассчитывая на успех операции, но когда пришло время, нужные блоки сорвались и мне начал сниться мистер Дамир.
Я вымученно и как-то зло улыбаюсь. Как же хорошо управление все спланировало. Добровольно согласившаяся на все
