окрестностям. Путешественники в сопровождении самого князя осмотрели судостроительную верфь, типографию, гостиный двор. Но самая большая неожиданность поджидала их в Храме Всех Богов, расположенном в самом центре Белограда. Храм представлял собой большое здание в византийском стиле, со стрельчатыми окнами и арочными потолками. В центре помещения, освещенная светом, лившимся из-под потолка, стояла прекрасно выполненная мраморная статуя в полтора человеческих роста. Статуя изображала молодого человека, протягивающего руки вверх, к куполу Храма. Корнелий с сыном благоговейно остановились у подножия статуи. Вдруг Корнелий боковым зрением заметил хитрую ухмылку на лице внука и, вглядевшись в лицо статуи, сам чуть не окаменел – это было его лицо! Внук сзади приобнял Корнелия за плечи и тихо прошептал:
– Да, князь, то ты. После твоего отъезда князь Владимир, митрополит Борислав и Великий волхв приняли решение сохранить память о тебе таким вот образом. И не только в статуях и иконах в христианских церквях, а еще и в сказаниях народных говорится о твоем возможном возвращении для спасения Руси от страшной силы супостатской.
Теперь наконец-то Корнелий понял, почему встреченные им люди так странно и с интересом поглядывают на него!
Так прошло пять дней. Гонец привез короткий ответ из Киева: «Ждите меня». Но ждать долго не пришлось – уже через день в Золотые ворота Белограда торжественно вступал кортеж Великого князя Киевского и Всея Руси Владимира ІІІ.
Глава 2
Из кареты вышли два благообразных старца. В одном из них, больше по одеянию, Корнелий узнал сына. В другом, с удивлением, волхва Силу. Странно было видеть в убеленном сединами, но не потерявшем гордую осанку человеке знакомые черты сына, которого он оставил деятельным и полным здоровья юношей! А волхв, похоже, и не изменился вовсе. Та же седая шевелюра и лопатообразная борода, те же бесформенные белоснежные одежды, тот же внимательный и проницательный взгляд. Корнелий молча стоял на крыльце парадного входа в ожидании дальнейших действий прибывших. Если честно, то он несколько опасался реакции сына: вдруг тот не захочет принять его возвращение, не желая делиться властью? Все-таки прошло тридцать лет, и вряд ли в сыне, Великом князе, государе огромной державы, остались те восторженные сыновнии чувства… Но сомнения развеялись сами собой! Князь Владимир, покряхтывая, выбрался из кареты и прямиком, с распростертыми объятиями, направился к отцу.
Вечером, после ужина, семья собралась в просторной библиотеке князя Игоря. Великий князь, Корнелий и князь Игорь собрались вокруг огромной карты Руси, расстеленной на столе, а волхв и Игорь-младший уединились в углу библиотеки и занялись какими-то своими, одним им известными делами. Пока Корнелий сам долго изучал карту, князья почтительно помалкивали. Наконец Корнелий отвел взгляд от карты и, не скрывая удовлетворения, обратился к князьям:
– Да, молодежь, – при этих словах седовласые князья переглянулись и дружно рассмеялись, – поработали вы на славу. Ливония присоединена к Полоцкому княжеству, порт Рига наш. С ганзейцами, надеюсь, конфликт не возник? Новгородцы, смотрю, прихватили Эстию и Беломорье. И правобережье Итиля полностью наше. Вижу, даже канал между Итилем и Танаисом проложили! А это что? Новое княжество на Каменном поясе? Как назвали? Урал? Ну молодцы, молодцы!
Князья расцвели от удовольствия, как мальчишки. Но Корнелий продолжал:
– Расскажите-ка мне о торговых путях. Север – Юг, Запад – Восток? Особенно отношения с Англией и Хиной. Есть у меня особый интерес к этим странам.
– С Англией торгуют ганзейцы, и весьма активно. Мы туда стараемся не соваться. Торговый путь «из варяг в греки» сейчас проходит двумя путями: из Скандинавии через Новгород и Смоленск и далее на Киев; из Пруссии и Любека – через Ригу на Полоцк и далее через Витебск и Оршу на Киев. Торговый путь в Персию и Индию – по Оке в Итиль и далее в Шемаханское море. А из Уральского княжества, в основном самоцветы и железное литье, через город Булгар по Каме в Итиль. А вот из Хины караваны по- прежнему идут мимо нас. Хорезм-шахи в Самарканде заворачивают караван по своей территории вдоль южного побережья Эвксинского понта до Трапезунда. Оттуда перекупщики везут товары в Европу и Египет. Если бы Дербендские ворота обезопасить от разбойников, можно было бы часть караванов пропускать через Тьмутороканское княжество. Но персы не хотят, а сами мы не сможем. Хоть я и родственник бывшего шах-ин-шаха…
Они долго еще обсуждали ситуацию на Руси, в Европе и Азии. Корнелий рассказал о грядущей беде и цели своего возвращения. Сообщение отца Великий князь воспринял с пониманием, к нему уже доходила информация от дальней разведки о страшных и кровожадных завоевателях. Но Корнелий-то знал наверняка, что уже в этом, 6729 году монголы вторгнутся в Персию и Хорезмское царство проиграет войну. А до попытки вторжения кочевников в южные пределы Руси оставалось совсем мало времени.
Два дня спустя памятного ночного разговора кортеж Великого князя двинулся в сторону устья Днепра. Там Корнелий с сыном и Великий князь пересели в лодии и отправились вверх по течению в сторону Киева. Путешествие по Днепру имело целью ознакомить Корнелия с заводами, расположенными на берегах реки. Первая остановка – пороги. Пока лодии перетаскивались посуху на колесных платформах, запряженных специально выведенными огромными конями-тяжеловозами,