Моложавый, опрятно одетый, выглядит лет на тридцать, хотя на самом деле ему за пятьдесят, что хорошо, предпочитаю людей, которые следят за собой, такие и работают лучше и больше, сел на указанный стул, заговорил мягким интеллигентным голосом:
– Сергей Мануйленко, кандидат наук, диссертацию защищал как раз по глобальным рискам, исходя из постулата о неуничтожимости цивилизации…
– По Никонову?
– Да, он мой научный руководитель, – подтвердил он с гордостью, – он и тему подсказал, а потом давал очень ценные советы…
– Почему решили попробовать работать у нас?
– Мне сказали, – пояснил он, – что у вас формируется большой отдел, целиком посвященный этой теме…
Я кивнул и некоторое время слушал его рассуждения о необходимости классификации этих рисков, а также выработки решений, в каком случае что делать.
Конечно, это совсем не то, что мне нужно, хотя отдел о рисках планетарных катастроф у нас уже есть, укомплектованный как сотрудниками, так и кабинетами, пусть даже одним, а также кое-какой аппаратурой.
Этот же отдел, если говорить начистоту, вообще лишний, так как вопросами возможных катастроф, связанных с падением огромных метеоритов, гамма-всплесками близких звезд или магнитными бурями на Солнце занимаются в сотнях научно-исследовательских институтов по всему свету.
Однако этот отдел и является нашей вывеской для различных проверяющих структур, хотя посторонние все равно сюда быть допущены не могут по определению, но даже не все высшие лица в КГБ, армии или даже правительстве не должны знать о нашей черной работе слишком много.
Я отвлекся, просматривая новые данные испанской разведки, а когда поднял взгляд на этого Сергея Мануйленко, он заканчивал свою речь, заметно волнуясь и глядя на меня с надеждой:
– Потому я уверен, что сверхглубокое бурение несет огромные риски для существования всей земной цивилизации!..
– Только из-за выброса магмы? – спросил я.
– Больше из-за атмосферы, – ответил он, – что будет закрыта плотными тучами. А у нас на земле воцарится зима на несколько лет! Даже в Африке! Дело в том, что исследователями движет чисто научный интерес, не оправданный никакими меркантильными интересами.
Я проронил несколько провокационно:
– Но это же ученые. Фундаментальная наука не предполагает немедленной отдачи.
Он возразил горячо:
– На Луну хотят попасть потому, что там гелий-три, бесценное ядерное топливо, в коллайдере мечтают найти источник бесплатной энергии, генную инженерию развивают для устранения всех болезней и бессмертия людей, а вот сверхглубокое бурение обещает пока только выброс огромных масс магмы, плотный экран пепла между планетой и солнечными лучами и смерть всего животного мира!
Я сказал успокаивающе:
– Не волнуйтесь, я понимаю и разделяю вашу точку зрения. Вы приняты. Круг ваших обязанностей очертим позже, а сейчас соберите все за и против глубинного бурения, чтобы положить на стол тех, кто выше нас обоих.
Он ушел осчастливленный, а я подумал, что этого можно будет перевести в основной отдел, все-таки сверхглубокое бурение совсем не то, что вспышка на Солнце, взрывы звезд, сверхвспышки на Солнце и прочие беды, с которыми сделать ничего не можем.
Хотя пока пусть поработает в отделе прикрытия. Увидим со временем, что и как. А если какие-то проверяющие, что обязательно появятся, начнут наезжать из-за наших слишком широких полномочий, будем выставлять этот отдел как основной и чуть ли не единственный.
Хаотическая работа начинает упорядочиваться, я наконец-то велел всем собраться в главном зале, сообщу о программе, которой будем руководствоваться, и, чего я меньше всего ожидал, кроме моих непосредственных сотрудников, пришли даже Мещерский и Кремнев.
Мы не просто новый отдел, прочел я в глазах Мещерского, но именно тот отдел, что перепрофилирует их деятельность с мелкопоместной на общечеловеческую, что льстит и тревожит одновременно.
– Первое задание, – сказал я, – взять под особый контроль страны и режимы, что втайне от других пытаются совершить прорывы в биологии или в чем-то еще опасном и добиться преимущества.
Кремнев уточнил с некоторой насмешкой:
– От кого задание?
– От вселенной, – объяснил я. – Ей грозит опасность, она ждет от нас помощи. Потому ей нужно, чтобы мы сами спаслись, развились как можно быстрее и без поломанных рук-ног вышли за пределы земной колыбели.
Он усмехнулся, кивнул.
– Достойные цели. Не так уж чтоб совсем мелкие.
– Под контроль уже взяли, – пискнул Гаврош и тут же отступил за широкую спину Ивара.
– Пока Европа жует сопли, – сказал я, – и мямлит про этику, азиатские страны вовсю экспериментируют с генной модификацией… Да не растений, а человека! А если учесть, что далеко не обо всех опытах просачивается даже в научные круги, то опасность переоценить трудно!
Мещерский кивнул, сказал очень серьезно:
