сообща!
Никто даже не шелохнулся.
Джордж сглотнул слюну. Верзила подползал все ближе.
– Послушайте! – снова сказал Джордж. – На ближайшие пять дней это место станет нашим миром. Мы не можем контактировать с теми, кто внутри корабля, поэтому здесь все зависит только от нас…
Верзила обесточил одну магнитную клешню, чтобы передвинуть ее, опустил, включил ток, выгнул дугой свое тулово, как гусеница, отключив ток в области пояса, потом снова опустил клешню, включая. Затем, то включая, то выключая ток, он подтянул свои раздутые синие ноги.
За Джорджем и верзилой наблюдали: лица в напряженном ожидании смотрели сверху вниз и с боков.
Верзила осторожно выпростал кулак.
– Никто не помешает мне попасть на зеленую Землю! – гремел он. – Мне просто необходимо быть там! Я должен увидеть теплый круглый желток солнца, ощутить добрые прикосновения золотых горячих лучей!
Его крупное розовое лицо повернулось в поисках хотя бы частички солнца, по которому он так истосковался. Потом верзила снова обратился к Джорджу:
– А ты встал на моем пути. Ты мешаешь мне попасть на Землю!
Он подобрался к Джорджу уже очень близко.
– Как тебя зовут, верзила? – спросил Джордж единым духом.
– Эллис, – отвечал тот, приближаясь.
– Так вот, Эллис. Еще один шаг – и я высажу стекло на твоей маске.
Это остановило Эллиса.
– Пораскинь мозгами, – по-братски посоветовал Джордж. – Ты и двух секунд не протянешь, мистер, в разбитой маске!
Эллис пораскинул мозгами, издал нечто вроде стона, вздохнул и устало прилег на корпус корабля.
У всех отлегло от сердца. Все со вздохом облегчения еще крепче вцепились в обшивку, чертыхаясь вполголоса. Джордж и Эллис неподвижно лежали.
Всех заставил содрогнуться таранный удар и вскрик вслед удару.
Джордж наклонил голову. То же самое сделал Эллис. Чуть выше, там, где на носу корабля должен был находиться человек, остались сверкающее влажное пятно и выбоина в металле.
Метеор!
Философ знал, что нужно делать.
– Нужно перебираться в безопасное место, за обруч, – сказал он своим невозмутимым голосом. – Теперь метеоры посыплются на нас, как из рога изобилия, ребята!
Никто не спорил.
Эллис оказался впереди всех тех, кто с шумом и гамом бросились наутек, в страхе перед ускорением и метеорами, которые могут сорвать их с корпуса на скорости в тысячу миль в час и швырнуть в пламя. Подобно очумевшим ракам, они извивались на поверхности обшивки, заторможенно уставясь в пространство космоса, чертыхаясь и с ужасом осознавая, что в каждого из них могут врезаться метеоры, превращая в одно месиво и мозги, и подметки.
Он провел на обшивке всего десять минут, а казалось, что прошли долгих десять лет.
Раздался голос:
– Я примерз! Не могу сдвинуться с места!
Джордж Ваннинг узнал его. Он принадлежал молодому новичку, тому юнцу, который заплакал при виде смерти. Джордж обернулся к нему. Философ пытался помочь парню, но безуспешно.
– Одной рукой за раз, сынок, – наставлял философ. – Сначала одной рукой, потом – другой. Затем ступнями и поясницей. Не теряй веры, сын мой. Так, не спеши.
Паренек был облачен в новенький пестрый скафандр. Такой стоит недешево. Мальчишка был явно из богатых и обеспеченных. Сомневаться не приходилось, что голова его была забита авантюрными идеями. Должно быть, он сбежал из летней резиденции своего папочки на Марсе.
Философ посмотрел на Джорджа.
– Вы можете помочь, – сказал он. – Вы – человек старой закалки.
Джордж рассмеялся.
