– Пока жив – не успокоится.
– Я не смог ему ничем помочь с пушками и посоветовал присмотреться к своим людям. Вокруг наших патриархов – тех, что из Брота, – всегда жуликов столько, что не протолкнуться. Многие с радостью продадут оружие и боеприпасы, чтобы набить себе карман.
– Распущу слухи, а через несколько дней подниму вопрос в коллегии, – пообещал Делари. – Можем настоять, чтобы патриарх отчитался, куда уходят церковные деньги. Это его насторожит.
– И еще лучше надавить на него, чтобы узнать, откуда эти деньги берутся.
– Анна Менандская?
– Куда же без нее!
Вместе с Хектом и Консентом из Брота выехало четырнадцать всадников. Хект хотел еще больше сократить отряд, но его люди отказались отпускать его совсем без защиты.
Герис взяла себе за правило появляться подле Пайпера, когда никто не видит, – точно как раньше ее предок, сообщала Хекту последние новости о злобных кознях, которые плелись в Кройсе. Как и Безупречный V, Безмятежный почти ничего не знал (и, вполне возможно, не хотел знать) о том, что творят его именем подчиненные, отказывался слушать членов коллегии и почти полностью зациклился на весеннем походе в Коннек.
– И какой у нас на сегодня план? – поинтересовался на пятый день Титус Консент.
Он становился все угрюмее и подозрительнее, ведь Хект отказывался посвящать его в свои секреты.
– Сегодня, Титус, выбор за тобой. К Ремейну можно попасть послезавтра и той и другой дорогой. Злодеи наверняка уже подкарауливают нас у самого перевала.
Они как раз ехали через богатые угодья в пойме реки Ако, забирая на восток от основной дороги из Брота к Джагским горам. Выслушав предупреждения Герис, Хект вел свой отряд так, чтобы не столкнуться с врагом, но солдатам ничего толком не объяснял. Во всяком случае, опускал подробности.
– Не стану спрашивать, откуда вам это известно. Все равно ведь прямо не скажете. Зато спрошу, почему вы так не хотите сталкиваться с этими злодеями? Нас шестнадцать человек, и все не девушки, чай, невинные.
– Ладно. У меня есть друг-волшебник. Он за ними следит и сообщает мне. Вот и все, что тебе нужно знать. А связываться я с ними не хочу, чтобы не подставлять императрицу.
Хект не лукавил, хотя уклонялся скорее для вида. Он ведь не прочь был возродить старые распри между империей и патриархом.
– Все меняется. И кое-какие перемены мне совсем не по душе.
– Все вернется на круги своя, как доберемся до Альтен-Вайнберга, – пожал плечами Хект.
Он на это надеялся.
Консент дулся, потому что ему не доверяют. Когда-нибудь все это плохо аукнется. Хотя умом Титус должен был понимать, что дело не в доверии: чего не знаешь – того не выдашь ни при каких обстоятельствах.
Позже Консент снова обратился к Хекту:
– Я знаю, что нам делать с этими злодеями, которые вас так беспокоят.
– Выкладывай.
– Наших в поход выступило около тысячи, а может, и больше. И основная часть едет позади. Почему бы просто не подождать их? Ваши злодеи ведь не станут биться с целым войском?
Консент все никак не мог поверить, что Безмятежный или его подручные решатся навлечь на себя гнев императрицы Катрин и нападут на Пайпера Хекта. А бывший главнокомандующий был уверен как раз в обратном.
В Кройсе существовала клика противников империи, таких же ярых, как и клика противников Брота в Альтен-Вайнберге. При последних трех патриархах недоброжелатели почти не подавали голоса, но нынешнему было не до них – он одержим совсем другим.
– Ты прав, Титус. Почему бы не собрать столько народу, чтобы они просто испугались и убежали?
На перевал Ремейн Хект заехал в сопровождении своих главных помощников и трех сотен опытных вояк. Герис как раз накануне пересказала ему свои последние наблюдения.
Впереди Пайпера поджидали, и не с самыми благими намерениями.
Драго Прозек где-то раздобыл дюжину пушек (инвентарные номера Хект проверять не стал) и теперь выставил их впереди, зарядил речной галькой и принялся стрелять по заросшему кустами склону, мигом выгнав из укрытия горе-злодеев, которые ничего и
