— Так, значит…
Лионель недоуменно посмотрел на нее и спросил:
— Ты чего, Балайба?
— Она помолчит, — вступил в разговор мощный гарпий с седой головой. Очевидное сходство старшего с молодой навело на мысль, что Ли не зря назвал его батей. С пепельно-серым налетом медно-красные крылья старшего гарпия с шумом дернулись, стряхивая воду, после чего он сказал:
— Можешь звать меня Саркалай, странница по морям.
Я вскочила с импровизированного ложа, учтиво полонилась и ответила, старательно прикрывшись рубахой:
— Тристания, лендерра де ла Шанталь Таранас, герцогиня Вирионны, пэр Аснатари, к вашим услугам.
Гарпий холодно смерил меня взглядом и проворчал:
— Судя по твоей наготе, услуги могут быть и прямого свойства. Могу я узнать, что привело тебя на наши острова?
— Это совершеннейшая случайность, уважаемый Саркалай. Дела моего королевства вели меня в город Лафайкель, откуда мне предписано отправиться в земли орков с посольством, — пустилась я в объяснения.
Гарпий внимательно выслушал мои слова, после чего угрюмо сказал:
— Твое племя всегда пренебрегало гарпиями. За игрушки держите нас. Но все-таки выслушай меня, эльфийка.
— Со всем вниманием, почтенный глава рода. — От его вступления мне стало как-то не по себе.
— То, что ты совершила в незапамятные времена, в наших землях карается смертью. То, что Нокил тебя простил, еще не означает, что мое племя готово последовать его примеру.
Я насторожилась, подобравшись. Еще того не легче… Но не могла не спросить:
— Как ты узнал?
— Именно мой предок затворил память Нокила. Его душа плакала и сгорала от боли. Он терял волю к жизни. Только так мы могли сохранить его жизнь в надежде, что однажды он скажет свое слово за нас перед твоим народом. Вы, эльфы, издревле стараетесь нас уничтожить. Отчего, почему — не знают даже самые мудрые и старые шаманы нашего народа. Просто — это есть.
Я потупилась. Старик прав, мои соплеменники считают даром небес возможность расправиться с десятком-другим гарпий. В отличие от короткоживущих крылатых, я обладала пониманием причин такого поведения эльфов. И решилась:
— Больше тысячи лет назад, уважаемый Саркалай, твой народ причинил нам большое горе. Вожди вашего племени без объяснений совершили набег на приморские окраины нашего королевства…
Гарпий вскинулся, но я жестом остановила его:
— Стой! Обычные набеги терпимы. Но тот набег закончился для нас не просто кровавой данью и потерей нажитого. В тот день твои соплеменники ворвались в Детские Сады Ветеранов. Там жили несколько сотен детей моего народа, возрастом от несмышленышей до подростков, сироты, просто дети. И лишь десяток воспитателей встретили вашу орду. Гарпии вырезали в Садах всех поголовно.
Горечь наполнила мой рот при этих словах. Саркалай выдохнул и сказал:
— Пусть мы живем недолго, но и у нас есть летописи. Ни один шаман не рассказывал и не записывал такого. Этого не может быть. Дети священны. Наш народ никогда не мог поступить так.
— Но поступил, — холодно ответила я. — С тех пор эльфы не знают пощады для вас. Это была не та кровь, которую можно понять и простить.
Гарпий задумчиво протянул:
— Я узнаю, что послужило причиной всего этого. Считаю, что эльфы ошибаются — гарпии не могли допустить такого истребления беспомощных. Но я пришел поговорить не об этом. Просто хочу предупредить. Орки в последнее время что-то активно возводят на своем берегу Срединного моря. Серебряные воды отступают на глубину. Наши разведчики приносят тревожные вести. Дым стелется над морем, черный и вонючий дым, от которого сохнут легкие и слепнут глаза.
— Батя! — сердито подала голос молодая гарпия. — Чего ты перед ней стелешься?! Это же эльфа! Свернуть ей шею, и все.
— Даже не думай, — с легкой усмешкой ответил Лионель, заступая меня. — Балайба, что с тобой? На тебя не похоже…
В этот момент глаза гарпии стремительно пожелтели и засветились. Старший гарпий тревожно зашипел и схватил дочь за плечи:
— Прекрати! Это наш шанс! Шанс гарпий на мирную жизнь!
