сказать? — думал, что хорошо усвоил урок, преподанный ему жизнью, а теперь получалось, что он выучил все неправильно. Не надо было уходить от предложенного ему приключения. Герои в сказках такие намеки хватают с ходу, а он своего не понял. Проболтался три дня на Земле, чуть не застряв там навечно, а в поход вместо него отправился Элиот.
— Верно, — ответил верховный король. — В статистическом, историческом и любых других смыслах ты почти никогда не бываешь прав. Обезьяна, принимающая жизненные решения на основе гороскопа из «Юэсэй тудэй», куда чаще попадала бы в тему, но в данном конкретном случае правда была за тобой.
— Это я должен был пойти туда, а не ты!
— Вот и шел бы, когда шанс представлялся.
— А кто меня отговаривал?
— Дженет — не знаю уж, зачем ты ее послушался. Хотя нет, знаю. — Элиот положил руку на плечо Квентина. — Знаю. У меня попросту не было выбора. Тот, кто раздает приключения, обладает весьма изысканным чувством юмора. В общем, я поехал туда — и знаешь, в то утро у меня было особое ощущение. Свежесть воздуха, солнце на броне, стук копыт по равнине… жаль, что тебя со мной не было. Хотя смотрелся я гораздо лучше, чем ты. Заказал себе специальные доспехи, сплошная насечка с чеканкой — великолепно смотрелся, доложу я тебе.
А что в тот момент делал Квентин? Может, колу пил — тоже неплохо, сейчас бы он тоже выпил.
— Три дня искал эту хренову поляну, но наконец-то нашел. Заяц-Провидец, само собой, сидел под дурацким деревом, которое все так же моталось под своим невидимым ветром.
— Неощутимым, — поправила Поппи. — Ветер всегда невидим.
Девочка понемногу обретает себя… уже хорошо.
— Присутствовали также птица с вараном, Выдротритон, Добрый Волк, Параллельный Жук (тоска берет от его геометрии) — словом, волшебные животные в полном составе, кроме двух с жабрами. Привет тебе, кстати, от Странствующего Зверя. Он к тебе почему-то проникся, хотя ты его подстрелил. Видя, как они стоят в две шеренги — по росту, как на школьной фотографии, — я понял, что сейчас-то все и начнется. Тритон от имени всех объявил, что государство в опасности и только семь золотых ключей могут его спасти. Я спросил, для чего они нужны и что отпирают, но он то ли не мог сказать, то ли не захотел. Ответил, что в свое время я это узнаю.
Я, конечно, поторговался. Спросил, как скоро их требуется найти. Я бы мог, скажем, устраивать себе каникулы каждые пару лет — путешествовать всегда приятнее, когда у тебя есть цель, — но звери настоятельно подчеркивали, что время не терпит. Мне вручили золотое кольцо для этих самых ключей — что было делать? Белый Шпиль, когда я вернулся, готовился к самому худшему. Страшные предзнаменования замечались по всему королевству. Буря трепала часовые деревья по примеру того, что росло на поляне, а водопад у Красных Руин — помнишь, который вверх бьет? — вдруг потек вниз. Это и послужило последней каплей. И тут, ни раньше ни позже, в порт приходит «Мунтжак» с вестью о вашем с Джулией исчезновении.
Элиот, в лучших героических традициях, тут же принял командование. Весь день, ушедший на ремонт такелажа и погрузку припасов, королевство гудело от тревоги и возбуждения. Верховный король, отправляющийся в поход, — это ли не пиар. В гавани толпились волонтеры, желающие принять участие в поиске золотых ключей. Гномы прислали целый сундук волшебных ключей, которые накопали в своих подземных сокровищницах, но к золотому кольцу подошел только один — оставалось, значит, добыть еще шесть. Любопытно, как часто эти гномы оказываются полезными.
Элиот чувствовал себя не лучшим образом, оставляя все королевство на плечах Дженет, зато она прямо-таки облизывалась, предвкушая единовластие — к их возвращению в Филлори вполне может установиться фашистская диктатура.
Элиот не имел ни малейшего понятия, куда ему плыть, но, если верить литературе, препятствием для квеста это никогда не являлось, даже наоборот: всякий уважающий себя рыцарь неизменно руководствовался принципом «иди туда, не знаю куда». Ты отправляешься в глушь, и при нужном состоянии разума (вернее, души) приключение тебя находит самостоятельно. Здесь, как и при свободной ассоциации, неверных ответов нет — главное, не напрягаться излишне.
Элиоту последнее не грозило. «Мунтжак», подгоняемый теплым ветром, пробежал острова Последний и Крайний, за которыми начинался неизведанный мир.
За столом стало так тихо, что слышалось поскрипывание дерева и снастей. Квентин представил себе, как они выглядят сверху: крохотный освещенный кораблик посреди не нанесенного на карту темного океана.
Элиот, глядя в потолок, подбирал слова — для него это было нечто новое.
— Ты не поверишь, Кью, — произнес он наконец с чем-то напоминающим благоговение. — Правда не поверишь. Мы прошли весь Восточный океан и повидали такое… такие есть острова… не знаю, с чего и начать.
