пропастей.
— Сюда, — воин показал ему на вход в дом, из которого так неожиданно выскочил. — Что будем делать с этим парнем? — Он коротко кивнул в сторону Ильмари.
— Сделать то, что должен быть, — Володи с трудом пробирался сквозь запутанную грамматику языка Арама и, щелкнув пальцами, бросил тому обещанное серебро. — Постарайся убраться отсюда как можно быстрее, — добавил он на своем родном языке. При этом он похлопал невысокого парня по плечу. — Судя по всему, я по горло в дерьме, что означает, что если ты пойдешь со мной, то дышать тебе будет нечем.
Ильмари прикусил серебряную монету и прищелкнул языком.
— Желаю удачи, идущий над орлами, — и с этими словами он протиснулся между воинами, шедшими за ними по переулку, и легким шагом скрылся в ночи.
— Мы бы встретили тебя, капитан, если бы ты послал весточку, — произнес командир наемников и вошел в дом. От двери вела лестница внутрь скалы.
— Хотел сделал сюрприз друг Коля, — ответил Володи.
— Коля — человек, которого сложно удивить, — воин взял яркий фонарь, стоявший внизу на лестнице. Теперь Володи впервые увидел его лицо. Щетина на его щеках уже сильно поседела. Лицо было узким, дубленным ветрами и непогодами. Через весь лоб, переносицу и до левой щеки проходил шрам. Живые серые глаза смотрели на Володи. Перед ним стоял Эврилох, бывший штурман корабля Айголоса, того пиратского князя, которого убил в поединке Володи.
— Ты уже давно мечтать о том, чтобы ходить со мной в тихий подвал? — спокойно поинтересовался он.
Эврилох выдержал его взгляд. На лице его не дрогнул ни один мускул.
— То, что мой капитан был дураком, вовсе не означает, что я тоже такой. Кто же будет без нужды бросать вызов человеку, пользующемуся благосклонностью бессмертного и ходящему над орлами?
Володи улыбнулся.
— Ты не злиться, если я попросить тебя идти впереди.
Эврилох рассмеялся.
— Если бы поступили иначе, пришлось бы заблудиться в подвале.
А у этого человека есть чувство юмора. Володи он нравился, но друсниец знал, что даже люди, которые любят посмеяться, могут перерезать другим горло. Правая его рука лежала на рукояти меча, когда он последовал за Эврилохом в катакомбы.
Штурман не солгал. Они шли по самому настоящему лабиринту. Володи видел подвал, полный пузатых амфор, в воздухе пахло маслом и вином, свежими дровами. В одном из боковых туннелей лежали инструменты.
— Это новый мышиный норка?
— Мы расстраиваем его. Коля хочет, чтобы в каждый наш дом можно было попасть под землей. Я не думаю, что это возможно, но ты ведь знаешь, если что-то втемяшится ему в голову…
Это Володи хорошо знал. У Коли был талант всегда идти немножко дальше, чем следует.
Гул голосов множества мужчин заставил друснийца насторожиться. Вскоре они оказались в длинном подвале, где толпились дюжины воинов. Почти все они были ему знакомы. Коля собрал оловянных. Почти у всех воинов были на груди две отполированные оловянные монеты. Они обрамляли их в кожу и носили на груди, как знаки отличия. На первой были изображены два скрещенных меча, а на обратной стороне — конская голова. Ее они получили за поход, во время которого прошли на колесницах в глубокий тыл Лувии, чтобы вырвать у бессмертного Муватты тайну его клинков. Там они захватили железные мечи, отличавшие их от остальных воинов Арама. На второй монете был изображен собиратель облаков, несущий небесный корабль, а на обратной стороне — лицо демоницы с длинными ушами. Она была наградой за битву под облаками против пиратов Таркона Железноязыкого и сражение с детьми демонов, которое произошло в глубине лесов Нангога.
Некоторые воины приветливо хлопали Володи по плечу, когда он проходил мимо. Они ведь еще не догадывались, зачем он пришел сюда. Он должен забрать их для третьего похода, битвы на равнине Куш. После этого будет искуплена вина пиратов. Они станут свободными людьми. Но Володи хорошо знал, что выживет лишь горстка из них. Он пришел, чтобы вести их на верную смерть.
— Володи, брат мой! — Коля с силой тропической бури прорвался между мужчинами. Он был выше Володи больше, чем на голову. Все в нем было больше, у него была фигура медведя, нет, скорее беременной медведицы, подумал Володи, ибо он сильно растолстел с тех пор, как они встречались в последний раз.
Коля обхватил его за плечи своей могучей рукой и притянул к груди. Его оббитый бронзовой чешуей нагрудник пропах
