становились густыми и жесткими, женщины отпускали детей в мир мужчин.
Малыш расплакался.
— Он ранен? — Галар отложил секиру в сторону и склонился над ребенком.
— Не знаю. Раны не видно. Может быть, стоит перевернуть его.
Галар поглядел на свои большие мозолистые руки.
— Лучше ты.
— Почему ты думаешь, что у меня получится лучше?
— Потому что ты слабак. Я… я же его сломаю. Я еще никогда не держал ребенка…
— Я тоже, — возмущенно ответил Хорнбори. Ему было тринадцать, когда его выпустили из женских покоев и он пришел к отцу. Своего раннего детства он почти не помнил.
— Дайте я, — Нир вытащил эльфийку из воды и теперь протиснулся между ней и Галаром. Не колеблясь, поднял малыша и перевернул его. — Я бы сказал, что все в порядке.
— А я нет, — прошипел Галар. Малыш помочился, сделав фонтан прямо ему на грудь.
Хорнбори рассмеялся.
— Похоже, ты ему нравишься.
— Заткнись, засранец!
«На этот раз это прозвучало как-то приветливее», — подумал Хорнбори. По крайней мере, для Галара.
— Зачем ты вытащил из воды эльфийку? С ума сошел! Пусть бы утонула. Она не поблагодарит нас, если мы оставим ее в живых, — Галар встал.
— Не делай этого, — удержал его Хорнбори. — Она нужна нам. Ненадолго, потом можешь делать с ней, что хочешь.
Галар мрачно поглядел на него. Затем перевел взгляд на Нира.
— Совсем спятили, оба. Похоже, падение в колодец не пошло вам на пользу.
— Это из-за мальчика. Мы ведь даже не знаем, из какого он рода. Нужно узнать, где она его украла.
Галар рассмеялся.
— Как ты думаешь, что творится там, наверху? Украли ребенка. Да полгорода будет в панике. То, что драконы подожгли мою мастерскую и пытались убить нас, наверное, еще не дошло до всех, но о том, что украли ребенка, наверняка говорит весь город. Там, наверху, наверняка кишмя кишит от перепуганных баб, излагающих самые дурацкие предположения. И готов спорить, возглавляет это стадо Амаласвинта, — он вынул из-за пояса кинжал. — Эльфийской шлюхе я перережу горло. Тогда у нас одной заботой станет меньше. Это же драконница. Она пришла, чтобы убить нас. Если мы не прикончим ее поскорее, то еще пожалеем об этом.
Нир сунул малышу в рот свой большой палец и положил его на локоть. Хорнбори поразился тому, сколько у стрелка скрытых талантов. Мальчику понравилось. Он закрыл глаза, наморщил лобик и с такой серьезностью принялся сосать палец Нира, что Хорнбори невольно улыбнулся.
Галар склонился над эльфийкой, чтобы покончить с ней. Схватил ее за слипшиеся от крови волосы и поднял голову. Сквозь свисающие на лицо волосы Хорнбори отчетливо видел полуприкрытые веки. Зрачков все еще не было видно. Изо рта текла слюна. Может быть, уже и нет нужды возиться с ней. Она и без того скорее мертва, чем жива. Галар поднес нож к горлу эльфийки, когда та внезапно рванула голову назад и ударила его под дых, одновременно нанеся удар по сжимавшей нож руке Галара. Клинок отлетел в сторону.
Удар по локтю заставил предплечье кузнеца подняться. Нож задел его плечо. Он выругался, локоть глухо ударил его в живот.
Правая рука Галара неконтролируемо дергалась. Пальцы его разжались, нож выпал на пол. Все это продлилось не более трех ударов сердца.
— Арбалет, — пролепетал Галар, с губ которого капала кровь. — Там, сзади!
Эльфийка поглядела на Хорнбори. Глаза ее все еще не пришли в норму. Один смотрел прямо на него, второй, казалось, пытался взглянуть на свод пещеры.
Галар попытался уползти прочь, но эльфийка схватила его, проявив пугающую силу, швырнула его так, что он ударился спиной о скалу и поднесла кинжал к горлу.
— Стой тихо, — набросилась она на Галара, в ужасе глядевшего на кинжал. — У вас есть арбалет? Выбросьте его в воду. А вон ту секиру дайте мне, — она говорила на языке карликов с диалектом Железных чертогов.
