— Не слушай ее, засранец! — сдавленно прохрипел Галар. — Она воткнула нож мне в шею. Я все равно что мертв. Сделай мне последнее одолжение. Возьми чертов арбалет и убей ее.
Эльфийка не спускала взгляда с Хорнбори.
— Этот парень для тебя что-то значит? Клинок находится между его дыхательными путями и двумя крупными артериями. Там, откуда я пришла, мы тренируемся делать это на козах. Как ты можешь себе представить, мы часто едим козлятину. Проходит некоторое время, прежде чем научишься попадать в нужное место. Надеюсь, что шея карлика ничем принципиально не отличается от козьей. Нож у горла — это довольно опасно. Если моя рука хоть немного дрогнет, ему конец. Если мне станет дурно, потому что он едва не пробил мне череп, и я упаду, ему конец. Если тебе придет в голову зарядить арбалет, вместо того чтобы бросить его в воду, ему конец.
— Если ты отпустишь ее, она приведет подкрепление, и всем нам будет конец, — прохрипел Галар. — Со мной уже все кончено. Спасай малыша! — И с этими словами он попытался высвободиться из хватки эльфийки, не обращая внимания на нож.
Хорнбори огляделся в поисках арбалета, но в царившем в пещере беспорядке найти его не сумел.
— Где он?
Галар пробормотал что-то невнятное.
— Оставь это, — произнес Нир. — Она принесла малыша сюда. Может быть, она вовсе и не убийца.
Хорнбори попытался угадать, где может быть арбалет. Логику лучше не использовать, это было очевидно. Здесь не было порядка, а слабый свет не облегчал задачу. Он сознавал, что их шансы на победу невелики. Конечно, эльфийке ни в коем случае нельзя доверять, но, может быть, в данный момент разумнее будет вести переговоры. Он оглянулся. Галар обмяк.
— Она убила его!
— Нет. Успокойся. Она что-то сделала с его шеей. Нажала на что-то.
— Откуда ты знаешь, что Галар не мертв? Он так обмяк…
— Если бы я хотела убить его, то, наверное, воспользовалась бы ножом, — перебила его эльфийка.
Это было весьма справедливо. Вот только эльфам доверять нельзя. Они…
Скала задрожала. Похоже, над ними двигалось что-то очень тяжелое. А затем раздался крик, подобного которому Хорнбори никогда еще не слышал. Безумный, полный боли и гнева. Он был уверен, что ни карлики, ни эльфы не могут издавать таких звуков.
Малыш начал негромко похныкивать.
— Что это такое? — прошептал Хорнбори.
Напуганной казалась даже эльфийка. Она подняла голову к своду пещеры. Один из ее глаз побелел совершенно, словно она ослепла.
— Не знаю. Должно быть, это связано с гибелью Глубокого города. Я…
— О чем ты говоришь? — прошипел Хорнбори.
Она перевела на него взгляд своих косящих глаз.
— Ты Хорнбори, а твоих товарищей зовут Галар и Нир. Верно?
Откуда, черт возьми, она знает это? Конечно же, он не ответил. Не станет он облегчать ей задачу. Должно быть, угадала, ведь они никогда прежде не встречались.
— Откуда ты нас знаешь? — простодушно поинтересовался Нир, в то время как над ними раздался такой грохот, словно в мастерской кто-то швырял столами о стены.
— Потушите свет! — Эльфийка произнесла это таким тоном, что убедила даже Хорнбори. Она была напугана! Это не наигранно! — Что бы ни бушевало там, наверху, оно не должно увидеть отблески света на воде в колодце.
Хорнбори подчинился. Но когда погас последний крохотный огонек, он почувствовал себя совершенно беспомощным. Насколько хорошо эльфийка может видеть в темноте? Наверняка волшебная сила позволяет ей видеть по-прежнему. Хоть он, будучи карликом, привык к темноте глубоко в горе, но для этого требовалось некоторое время. Огни, которые он только что погасил, притупили его ночное зрение.
Осталась ли эльфийка на своем месте? Или подкрадывается к нему, бесшумно перерезав горло Галару? Неужели все это было только игрой, с целью сделать его беспомощным? О драконниках ходило много историй, в которых их представляли бездушными убийцами. Чтобы такая эльфийка спасла ребенка карликов, было немыслимо.
Скала снова задрожала, послышался рокот, словно в мастерской Галара двигалось что-то огромное. Насколько велико должно быть существо, чтобы издавать звуки, доносящиеся сквозь скалу в три шага толщиной? Размером с среброкрыла? Больше? Драконы
