Девочка Гелика, вернее, уже Дарья Фелисия стояла на вершине маяка и вместе с черноволосым сыном смотрителя любовалась штормящим морем. Брызги долетали почти до середины башни и бессильно падали ниц на иссеченные бесчисленными бурями камни.
– За тобой отец идет, – прокричал ей мальчик, который расхаживал по смотровой площадке, опоясывающей маяк.
На флагштоке трепетал и хлопал красно-синий флажок. Металлический пол под ногами отзывался гулом при каждом шаге.
Оборачиваться не хотелось. Соленый ветер и необъятные, уходящие за горизонт водные просторы гипнотизировали. Хотелось оторваться от земли и лететь, лететь над ними, задевая грудью пенные гребни.
Дарья Фелисия шагнула вперед, ухватилась за нагретые солнцем металлические поручни и без опаски перегнулась вниз, любуясь набегающими волнами.
– Гелика, я же не вру! – упорствовал мальчишка.
У-у надоел!
Пришлось оторваться от созерцания и обойти башню. По каменистой тропе с кое-где вырубленными ступенями неспешно поднимался мужчина в сером плаще.
– Убедилась? – спросил мальчуган.
– Да, прощай. – Она ничего не стала объяснять. Раз Орэф решил лично добраться до нее, дело серьезное.
Кажется, мальчик что-то кричал вслед, кажется, она чуть не упала с закручивающейся спиралью крутой лестницы, спускаясь вниз. Но через пять минут она встретила названого отца.
Она была пьяна от запаха соленого ветра и йода. Он – сосредоточен и неожиданно серьезен. В отсутствие свидетелей (сын смотрителя не в счет) Орэф бросил привычную медлительность.
– Опасность! – Он не ответил на ее приветствия. – На несколько дней ты должна затаиться. Сюда прибыла Тень.
– Кто? – не поняла девушка, едва поспевая за отцом.
– У любой силы есть ее противоположность, – пустился он в объяснения. – Мы приходим в миры, чтобы сделать их удобнее для себя и наших создателей. Но не всем это нравится. Их оружие – существа, ничем от нас не отличающиеся. На древнем языке наши враги называются слишком длинно и громоздко – «Идущие во тьме, неотличимые от теней и уничтожающие Вестников», то есть нас, поэтому мы зовем их просто Тенями.
– Мне что с этого? – не поняла Дельта. – Это ваша война.
– В тебе моя кровь, а это часть моей силы. Тень не побрезгует убийством человека.
– Тень охотится на тебя. – Дарья Фелисия еще не решила, волноваться ли ей. Она не до конца понимала, что за чудовище стало ей родней.
Тропинка петляла среди острых камней. По краям тропы пялились изъеденные ветром и непогодой звероподобные лики идолов. Впереди ждал крутой спуск по истершимся ступеням, и девушка привычно взяла отца под руку.
– Тень на меня первой не нападет. Я сейчас в человеческом теле, поэтому слаб и не очень ей интересен.
Спуск закончился, и Дарья Фелисия с сожалением вспомнила, что позабыла на маяке любимую шляпку.
– Если дело дойдет до схватки, я не одолею его, но потреплю прилично. Не хватит сил на главную жертву.
– И кто же это? Я его знаю? – Девушке стало интересно. Она обернулась через плечо, запоминая сегодняшнее море, непокорное и свободное. Было грустно, наверняка несколько дней она его не увидит.
– Мы не встречались, но я чувствую его. Он глава целой страны, мощной и амбициозной. Уверен, он найдет силы и ресурсы, чтобы посчитаться с Тенью. Мы же затаимся.
Вокруг шуршали листвой сады. Землю устилали нежно-розовые и белые лепестки. Тропа то и дело разветвлялась, убегая к небогатым, но живописным усадьбам. В одной из таких усадеб обитали Орэф с Дарьей Фелисией. Чуткий медиум и природный психолог, Дельта уловила присутствие Беты. Отец тоже его опознал, остановился у живой изгороди.
– Слушай меня. На всякий случай я назову тебе имена всех известных мне Теней, опишу, как узнать об их приближении и отличить от таких, как мы.
Список был длинным, имен на двадцать, и Джезерит в нем присутствовала. Орэф начал перечислять приметы, но сеанс вдруг оборвался. Когда Дорофея пришла в себя, измученный Левашов с протяжным стоном повалился на ковер.
– Тяжко!
А девушка искала и не находила слов, чтобы описать, кто такая Тень и чем она выделяется на фоне других древних химер.
– С каких пор твоим наставником стал этот московский проходимец?
Ника чуть не снесла дверь, едва сенсы один за другим вышли из транса.
