Письма 1886-1917

Работа становится все труднее и невозможнее. Опять нарождаются два театра, расколовшиеся из Свободного², и оба с помощью денежного соблазна сманивают тот недозревший материал, который начинает подавать надежды, а после ухода не оправдает их. Через год, испорченные, они опять начнут стучаться в двери театра. Подумайте – Коонен, которую сманили на жалованье в 6000,- теперь, после провала театра, остается на сто руб. в месяц. Это ужасно, что делают с бедной молодежью!

Картина кончается, и я прекращаю писание и жду коротеньких известий.

Целую Ваши ручки и шлю приветы дочке, сестре и братьям

от душевно преданного К. Алексеева

1914. Понедельник февраля?

462. М. П. Лилиной

7 июня 1914

Одесса

Дорогая Маруся!

Настроение кислое от реакции. Лежу на берегу моря, тепло, жарко. Много сплю. Сегодня приехала Любовь Яковлевна и привезла замечательный материал. Читаю его1. По вечерам грозы. Море покойное, вероятно, ждет моего отъезда.

Обнимаю тебя, бабушку, детей.

Твой Костя

463*. Л. А. Сулержицкому

11 июля 1914

Мариенбад

Дорогой Лев Антонович!

Только что отправил Вам письмо, как получил от Вас пьесу 'Зеленое кольцо'1. Спасибо. Жму руку.

Завтра уезжают в Италию Эфросы и Санины, а мы остаемся с В. И. Качаловым и Гуревич.

Мои работы с Гуревич подвигаются. Мы выкопали необыкновенный материал.

Обнимаю Вас, детей, Ольге Ивановне целую ручку.

Благодарный К. Алексеев

464*. Вл. И. Немировичу-Данченко

15 июля 1914

Мариенбад

Дорогой Владимир Иванович!

Пишу от имени всех, а не телеграфирую, так как телеграммы не доходят, а письма – доходят.

Поздравляем Вас от всего сердца, любим, желаем всего самого лучшего. Екатерине Николаевне шлем низкие поклоны, поздравляем с именинником и шлем самые прекрасные пожелания.

Мы здесь живем очень тревожно по случаю войны. Надо бы ехать е Россию, но там, кроме Каретного ряда, решительно деваться некуда, и боимся сесть на мель.