Это я должен был предусмотреть, но не догадался.
Пикор добросовестно доставил лепёшки, они же галеты, они же сухари. Продукт был упакован в плотную бумагу. Ребята помогли перенести все двадцать пачек в нашу пещеру и сложили в углу.
Неважный драконий слух дал сигнал тревоги, когда было уже поздно.
Санька с совершенно дикими глазами прыгала по пещере, выкрикивая:
– Я! Самая! Быстрая! Самая! Ловкая! Прыгаю! Дальше! Мамы! – и прочее в том же духе.
Почему-то первой проскочила мысль, что драконочки в её возрасте не должны так скакать, у них лапки ещё слабоваты. Видимо, думал я слишком медленно: дочка уже неслась прыжками к выходу из пещеры с явным намерением умчаться вниз по склону, хотя это ей было строго запрещено.
Гирры в пещере не было: она собирала материал для подновления подстилок. Может, она бы отреагировала быстрее. У меня же в тот момент все умные мысли сосредоточились в одной: «Перехватить!»
Помогла телемагия: я подловил драконочку на взлёте и подтянул к себе. Саня беспорядочно отбивалась и даже пыталась меня укусить. Только после этого до моей головы доплёлся (очень неторопливым шагом) вывод, что дочурка явно не в себе. Но выяснять причины было несвоевременно.
Пульс у малышки зашкаливал. Адреналина в крови – хоть половником черпай. Жутковая активность мышц – как бы не случилось судорог…
Я дал «Наркоз» очень небольшой интенсивности. Это помогло. Саня обмякла, заморгала и вдруг выдала жалобным голоском:
– Папа, я ещё есть хочу.
Догадка оформилась мгновенно. Я бросил взгляд на рядок пачек с галетами. Ну да, одна не особо аккуратно вскрыта. Не иначе, проказница учуяла вкусный запах, сунула любопытный носик и решила отведать лакомство. А в лепёшках-то, видать, примесь
