– Откуда ты знаешь?
– Годы у-че-бы, Гедеминас.
– Почему мне кажется, что «честное слово» бабушка из тебя так и не выдавила? – поинтересовался Арноха, когда их выставили из столовой со строгим наказом не выходить из дома.
– Потому что так оно и есть, – ответил Митька.
Арноха задумчиво таращился прямо перед собой.
– Слушай, Закар… А в-ведь Ангелия Витольдовна в-верно говорит. – Арноха снова начал заикаться. – Н-ну придешь ты в Трилунье. И что дальше? Куда ты пойдешь? Ты не знаешь, где ее искать. И самое ф-фиговое, у тебя нет трилунских денег. Что т-ты будешь без д-денег делать? Когда ночь наступит или жрать з-захочешь?
Митька молчал. Внутри разворачивалась настоящая война без правил. Хотелось махнуть через ближайшую стену (получилось вчера, значит, и сегодня получится!) в лес, на тропу и – в незнакомое Трилунье. Искать Карину, вынюхивать, бежать по следу…
С другой стороны, Резанов был прав – по ту сторону тропы был целый мир с городами, океанами, людьми… И Митька о нем ничего не знал. Кроме того, что там – Карина. Гррррр!
– Рычи не рычи, а мозги включать придется, – уже не заикаясь сказал Резанов.
И Митька включил. Так же как на тропе, когда надо было оставить Карину и уводить бабушку. Так же как еще чуть раньше, когда он сам сказал Карине: «Вот такая у нас реальность, и придется в ней жить».
– Нам еще кое-кого найти надо, – сообщил он Резанову. – До вечера не успеем, придется тебе.
– Кого?
– Каринка в Интернете переписывалась с каким-то чудиком. Ну как «переписывалась»… Он местными сказками про оборотней интересовался. Он ей подсказал искать информацию в архиве. Мол, ему самому туда не попасть. А после архива все как раз и завертелось…
– По «ай-пи» пробивал?
– Угу, у него реального айпишника нет. Да и я не самый великий хакер.
Арноха задумался.
– Ну, это уже совсем дикая глупость и игра в Шерлока Холмса, но… что, если попробовать по нику его вычислить? Он, скорее всего, местный или из папиной команды.
– Да пробовал я… Его ник DeepShadow. С таким названием, только во множественном числе – Deep Shadows, – есть фирма, которая компьютерные игры пишет, причем не про оборотней, а про эльфов. И еще штук десять тату-салонов по всей стране. Тебе что больше нравится?
Резанов остановился, натянул рукава толстовки на кулаки и уперся ими в стену. Руки тут же ушли в глубину чуть ли не по локти. Со стороны – жутковатое зрелище.
– Мне так думается лучше, – извиняющимся тоном объяснил он.
– Да мне-то что, думай как тебе удобно, – успокоил его Митька, – только местных не перепугай.
– Они-то, думаю, привычные… – Арно поболтал руками в стене, как в чудном вертикальном тазу с водой. – Мысль вертится. Я тебе точно говорю, разгадка на поверхности.
– Угу, разгадки они такие, пока ты граблями в глубине шаришь, они на поверхности валяются…
– Да! Понял! – Резанов прекратил развлекаться с четвертым измерением. – Он тут, в этом доме.
– С чего ты взял? – взвыл Митька. – Колись, Резаныч, не тяни!
– Да плакат этот в комнате… Я из вчерашнего помню только, как в снегу стоял и как Марк песенку пел и ругался, что нахватался, мол, попсы всякой. А знаешь, из какого альбома эта песня? «Deep Shadows and Brilliant Highlights»!
– Это ни фига ж себе ты в попсе разбираешься…
Арно только рукой махнул.
– Это не попса, и вообще не в жанре дело. У меня память дурацкая – все хватает, и нужное, и мусор всякий, поди разберись… Э, Закар, ты чего?
Митька не стал его слушать – особенности резановской памяти его вообще не волновали.
Он несся обратно в комнату. Арно, надо отдать ему должное, почти не отставал – ровно настолько, чтобы, вбежав, застать Митьку старательно обнюхивающим футболку на стуле.
– Проболтаешься кому-нибудь – убью, – вполне серьезно пообещал тот.
– Да как же, сам над тобой поржу, ни с кем не поделюсь, – фыркнул Резанов. – Ну что, найдешь?
