меньше у людей было денег – тем меньше они покупали. Теперь в городе работало не более трети от прежнего числа магазинов и аптек, еще меньше – кафе и ресторанов, развлекательные заведения закрылись почти все. Зато появилось огромное количество ломбардов, обычным делом стали дети-попрошайки и стайки подростков, норовящие стянуть что плохо лежит.
Росла преступность, люди старались не ходить по улицам после заката, приучились запирать на ночь двери и закрывать ставни. В районе, где жил Гарий, многие завели собак. Сам он взял в привычку дважды проверять перед уходом, заперты ли окна.
Работать было трудно: он все время тревожился за Сонью и то и дело названивал ей. Обычно жена не брала трубку. Гарий понимал, что она или путешествует, или снова забыла телефон под подушкой – но тревога от этого меньше не становилась, и окончательно успокаивался он только тогда, когда добирался до дома.
Пригородные поселки, спроектированные отделом Гария, действительно заселялись людьми, жилье которых отобрали банки в качестве компенсации за невыплаченные кредиты. Таких было предостаточно: поначалу, после закрытия заводов, многие семьи набрали новых долгов, рассчитывая таким образом пережить трудные времена.
Некоторым выселенцам удавалось пристроиться на какую-нибудь работу в городе, и зачастую они оказывались совсем неплохими людьми: и новый разносчик газет, и билетер в единственном работающем кинотеатре, и продавщица пончиков. Но на всех работы не хватало, поэтому приятных людей среди выселенцев было много меньше, чем грязных детей-попрошаек и мрачных мужчин с тяжелыми взглядами. Трудно было поверить, что все эти люди совсем недавно обитали в соседних кварталах – теперь они выглядели опасными чужаками и заставляли жителей города ощущать себя незваными гостями в собственном доме.
Гарий писал Энти: ты был прав, друг, нам с Соньей нужно было уезжать еще весной. Покидать этот заживо гниющий город.
Но Гарий не знал, куда именно они должны были поехать.
Куда-то, где Сонья сможет отказаться от машины времени. Отправиться к Энти, на восток? Но захочет ли этого жена?
Вернуться к ней на родину? Этого Гарий боялся больше всего. Ведь там наверняка теперь все не такое, каким было прежде. Друзья Соньи давно разъехались или просто стали другими людьми, да и когда-то любимые ею места изменились. Гарий боялся, что, если жена вернется домой, это станет для нее самым большим, последним разочарованием.
Если она поймет, что мир ее детства больше не существует – ей некуда станет бежать.
Сирена взвыла так внезапно и пронзительно, что Гарий уронил макет телебашни. Она упала на бархатное зеленое поле, растолкала пластиковые домики, а те повалили картонные деревья и скамейки.
На улице что-то надрывно кричали в мегафон. Через закрытое окно можно было разобрать только «Ур-вам-быр-быр».
Пока Гарий морщил лоб, разглядывая свой макет, кто-то из сотрудников пробрался к окну, поднял жалюзи, распахнул створки. Посмотрел вниз и ахнул, отшатнулся.
В помещение ворвались вопли, визг шин, звон стекла. Потом снова заговорили в мегафон:
– …сохранять спокойствие, плотно закрыть окна и двери, обеспечить запас питьевой воды и не покидать помещений. Не пытайтесь перемещаться по городу, это небезопасно.
Вопли стали громче, и послышался глухой частый стук, как будто множество дворников заколотили по асфальту черенками метел.
– Во избежание заражения рекомендуется ограничить конта… – усиленный мегафоном голос захлебнулся на полуслове, взвизгнули шины, снова заверещала сирена. Ее звук быстро удалялся, а вслед ему несся топот множества ног и стук палок по асфальту.
В комнату вбежал седенький конструктор – глаза вытаращены, очки съехали, узел аляповатого галстука распущен.
– Местный канал! Местный канал!
Махнул рукой и побежал дальше.
Четверо проектировщиков бросились в конференц-зал. Гарий остановился в дверях: звук хорошо был слышен и здесь.
– …случаи заболевания туберкулезом во всех трех пригородных поселках. Госпитализация невозможна по причине недостатка коек в инфекционном отделении. Организация карантинной зоны невозможна. Беспорядки, охватившие пригород при попытке ограничить перемещения выселенцев, на данный момент распространились на южную, восточную и западную части города. Службы поддержки правопорядка не успевают реагировать на обращения граждан. Общественность спрашивает: кто виноват в сложившейся…
Потом в ушах Гария зазвенело. На деревянных ногах он шагнул обратно в кабинет, рванул с вешалки чью-то легкую куртку с
