– Знает направление и расстояние, – ответила Мазис. – Но он может экстраполировать на график, используя… ну, есть система визуализации, помогает ориентироваться, это был один из экспериментов троек, потому что при триангуляции ты можешь намного лучше…
– Думаю, они на обратном пути, движутся по эллипсоидной планетарной орбите, перпендикулярной стандартной плоскости, – сказал Кельвин, глядя туда, куда показала Мазис. – Можешь определить, ускоряются ли они?
– Я чувствую только направление и скорость. Это важно? Я могу связаться с Лименом и спросить его.
Кельвин мысленно рассчитал траекторию атаки, скорость ракет и временное окно. Ему казалось весьма вероятным, что «Ротария» находится на скрытой позиции для поражения ничего не подозревающей лейтенанта Мазис, чтобы после выполнения задания сгинуть в бескрайнем космосе.
– Временно следует сохранять молчание в эфире, – приказал Кельвин. – Не отправляй ничего, пока я не скажу, ясно?
– Да, сэр.
– Ты говоришь, ваш триплет отправляет тебе информацию, – сказала Винни. – Что она посылала?
– После того как она заперлась в спасательной камере, это были просто вспышки эмоций. Это часто встречается у искусственных коммуникаторов. Если они не в форме, то не могут сфокусироваться должным образом, и мне приходится блокировать большинство той испуганной чепухи, что она отправляет. Это как если кто-то кричит без остановки. Пожалуйста, сэр. Я не знаю все входы и выходы в этой операции, но знаю только, что моя сестренка на этом корабле. Я сделаю все, что вы говорите, но мы же можем пойти и помочь ей, пожалуйста?
Винни посмотрела на Кельвина.
– Сколько у нас будет времени, если они что-то запустят, отследив лейтенанта?
– Что? – воскликнула Мазис выпрямившись, шея ее резко напряглась.
– Расстояние 1,2 миллиона единиц они пройдут, наверно, два отрезка, покрытие у тактического комплекса последнего поколения Мультис полмиллиона… – пробормотал Кельвин под нос и потом повернулся к сестре. – У нас будет чуть меньше часа, когда они подтвердят цель.
– Но… мое задание… нам приказано спасти выживших и доставить яхту обратно! – запротестовала Мазис. – Зачем им запускать ракеты?
– Объясняю, – сказала Винни. – Мировое Правительство не хочет, чтобы кто-нибудь еще овладел технологиями клонирования телепатов. Оно знает, что большинство из них уже мертвы, потому что ты об этом сообщила. Лучше пожертвовать парой коммуникаторов и привлеченными на задание ветеранами, чем рисковать тем, что кто-то чужой может найти этот генетический клад.
– Но я бы не дала им свои координаты, чтобы самой стать мишенью!
– Они и не будут тебя спрашивать, – устало пояснил Кельвин. – Но ваш напарник на крейсере может просто сказать: «Она там», когда старший помощник нависнет над ним. Готов поспорить, они приказали тебе сообщить, когда мы найдем яхту, верно?
– Да. – Секунд двадцать Мазис молчала. – Я… кажется, вы правы. Что… вы собираетесь делать дальше? Застрелить меня и вернуться?
– Нет, – возмутился Кельвин. – Мы сделаем то, чего они меньше всего ожидают.
– Что? – удивилась Винни.
– Найдем эту чертову яхту и улетим обратно. Как только мы покинем Грохот, мы начнем вещать, чтобы порт Венера, орбитальная станция и все вокруг были в курсе, что мы успешно провели спасательную операцию. Когда мы окажемся на радарах патрульных кораблей, «Ротария» не станет нас атаковать. Это будет настоящий конец этой истории – публичный, флот Земли будет чествовать нас, как героев, мы подпишем секретные протоколы и вернемся к нормальной жизни.
– Надейся! – фыркнула Вини. – В первую очередь мы должны найти корабль и разобраться. Что там…
– Корабль там, – вдруг вмешался Теодор, который и не пытался скрыть, что внимательно прислушивается к их разговору. – Я сужу по поведению животных.
Он проделал какую-то сложную операцию поводьями, воздействуя на вторичные нервные окончания, расположенные в бугорках на спинах лягушек. Они остановились, мягко опустившись на мелководье. Теодор перегнулся через борт и свесил голову в воду. Нити грибов на его голове зашевелились. Он выпрямился и кивнул.
– Ехать нужно в том направлении, – подтвердил он. – Оттуда поток воды… в нем чувствуются сгоревшие остатки топлива.
– Хм… – Винни задумалась. – Ты считаешь, что запущенные с «Ротарии» ракеты будут здесь через час, после того как узнают, что мы на месте?
– Да, плюс-минус пять минут.
– Я не буду сообщать, что мы нашли его, – поспешно проговорила Мазис. – Обещаю.
– Что, если Лимен следит за тобой? – спросил Кельвин. – Ты можешь это контролировать? Ты говорила про эмоции, образы… Он мог бы рассказать об этом, не так ли?
– Да, мог бы, – призналась Мазис. – Но я могу попросить его не говорить…
– Не будь идиоткой, лейтенант, – сурово прикрикнула Винни. – Он там, на мостике, в окружении старших по званию офицеров. Он расскажет. Как и ты, если бы была в его положении. Он не знает, зачем им твои координаты.
– Итак, у нас будет, скажем, пятьдесят пять минут, чтобы добраться на орбиту и начать голосить всем подряд, начиная с того момента, как корабль
