– Вот именно!
– Не страшно, есть один способ. Увидишь. Ничего не бойся.
Я не очень поверила, но кивнула.
– Сиди тут тихо, – на прощание сказал Арт. – Гитару оставляю, завтра понадобится. Я дома покажусь, а вечером отправимся. Жди до темноты.
И он ушел, заперев маяк снаружи. А я осталась сидеть и ждать. Было, во-первых, скучно, во-вторых, очень хотелось есть. Я попила воды из-под крана, потом полезла наверх, в комнатку. Медальон был со мной. Он по-прежнему не играл – видимо, «Длинная ветреная дорога» его не впечатлила. Как расстроится Сергей, когда узнает, что его подарок испортился… Надеюсь, у него моя фенечка еще не порвалась.
При мысли о феньке я вспомнила об оставшихся нитках. Делать до возвращения Арта было нечего, я отогнула штанину, отцепила булавку и, удобно разместившись на кровати, поджав ноги, принялась плести.
Красный, коричневый, черный и желтый. Причем красная нитка самая толстая – я выдернула ее из расползающегося ковра в спальне у младших девчонок. Она еще и самая яркая, почти такого же цвета, как гитара у Арта, поэтому с черным и желтым вообще красиво. Вот только коричневый к этому сочетанию не подходит…
Я прикидывала, вертя нитки так и эдак, пытаясь представить узор разными способами. Но все время выходило, что коричневый цвет только мешает. А в три нитки, даже в два слоя, получалось слишком жиденько. В конце концов я додумалась запрятать ее внутрь, в середину, а тремя другими оплетать снаружи. Теперь красиво, да еще фенечка получается более плотной. Интересно, понравилась бы она Арту?
От этой мысли мне внезапно стало неловко. Сергею-то я, не задумываясь, подарила феньку, так удачно оказавшуюся проводником, – хотя сейчас это вспоминается как сказка. Как будто и не были мы ни в какой башне и не разговаривали там ни с какой мышью. И вообще ни с кем. Привиделось.
А вот Арт, мне кажется, не поймет, если я вдруг решусь подарить ему феньку. Скажет, что это для девчонок, или еще что-нибудь в таком духе. Может, Елке подарить? Да, наверное, Елке – лучше.
Но чем дальше я плела, тем больше сомневалась, что Елке подойдут эти цвета. Она… серая с розовым. Даже если я увижу ее завтра в футболке зеленого цвета и в штанах – оранжевого, она все равно будет для меня розово-серой. Ну вот такая она. Красный, желтый и черный с коричневым – не про нее. То ли дело – Арт…
Хотя, если бы меня попросили объяснить, почему я считаю, что Арту подойдет желтый и коричневый, я бы не смогла. Ну ладно красный, из-за гитары. А черный всем подходит.
Я так увлеклась плетением, что не сразу услышала Елкин голос снизу.
– Пчелка-а, ты где?
Стесняясь показывать Арту феньку – был готов уже приличный кусок, – я быстро приколола ее обратно к джинсам и спустилась по лестнице.
Елка стояла внизу одна. При виде меня она заулыбалась.
– Ты что, сама пришла? – зачем-то спросила я, хотя и так было ясно.
Она кивнула и протянула мне руку:
– Пойдем к Арту.
– Куда? Где он?
Елка замотала головой:
– Я не знаю. Он сказал, что ты знаешь.
– Я?!
Ну ничего себе! Сам пропал куда-то, прислал вместо себя племянницу, да еще я должна знать, где искать его! Я присела перед Елкой на корточки.
– Послушай… Мы собирались идти с ним…
– В школу?
– Ну да. Он рассказал тебе?
– Он сказал, что вам надо в школу и чтоб я тебя туда провела.
– Провела… своим способом? – удивилась я. – А ты можешь, да? А сам он разве не придет?
– Он пошел через лес. Он давно ушел, он уже там.
– А почему не с нами?
– Потому что на той стороне кто-то должен ждать.
Точно, ведь Арт говорил об этом. Значит, он сам опять полезет через забор, а обо мне беспокоится, поэтому прислал Елку?
– Но я не знаю, где эта школа, – продолжила Елка. – Надо, чтобы ты мне помогла.
– А что нужно делать?
Елка взяла меня за руку и потянула к входной двери. Я поднялась с корточек, и мы вдвоем подошли к вы ход у.
– Надо, чтобы ты представила за этой дверью дверь, ведущую в школу.
