В поле зрения развернулось окно связи со старческим лицом Линя в ореоле седых волос.
– Здравствуй, Брэм. – Глаза наставника смотрели печально. – Что же ты опять натворил? Вооружённый угон – серьёзный проступок, мальчик мой. Агентство может снизить твой рейтинг на 20 пунктов.
– Угон был обоснован, – раздражённо ответил Арлекин. – Оперативная необходимость!
– Да? – Линь удивлённо поднял седую бровь. – А Космофлот говорит, что снял тебя с задания.
– После угона снял, после! И вследствие. А в момент угона я ещё был на задании, и могу это доказать.
– Надеюсь, Брэм, надеюсь. – Наставник недоверчиво качнул головой. – Ты ведь понимаешь, что твоё поведение наносит ущерб всему Агентству?
– А то как же.
– Знаешь ли ты, что Колония Сильвана хотела заказать нам партию твоих клонов? – не отставал Линь. – А после этого безумного угона прервала переговоры. «Нам не нужны непредсказуемые», – вот как нам сказали. Агентство может потерять большие деньги из-за тебя, ты это осознаёшь?
– Да, Бен, – Арлекин уже еле сдерживался. – Я всё докажу и объясню.
– Что ж, Агентство ждёт от тебя отчёта. – Не прощаясь, Линь отключился.
– Гниль и смрад! – Арлекин с силой ударил по двери. – Смрад и гниль! Как меня всё это достало! Отчёты, рейтинги! В плесень и тьму всё. Я даже рад, что меня выгнали. – Он покосился на Венди. – Уйду на вольные хлеба, – сказал он, мало-помалу успокаиваясь. – Хочешь ко мне в партнёры?
– В деловые?
– Конечно. А ты о чём подумала? У тебя рингер, у меня пистолет. Пара вольных наёмников. Летим куда хотим и решаем проблемы. Ищем утерянные ковчеги и всё такое прочее. За сорок процентов в доле пойдёшь?
Венди неопределённо хмыкнула.
– Ты серьёзно или всё ещё шутишь?
– Серьёзнее некуда.
– Тогда иди в грязь. Как пилот со своим рингером я найду работу и поспокойнее. И с оплатой понадёжнее.
– Какая вы, право, скучная, мас Миллер, – разочарованно сказал Арлекин. – Ну, как знаешь. Значит, на Мосту прощаемся?
– Ага, – кивнула Венди. – Бурно. В слезах. Достань-ка мне из холодильника шоколадку.
Эпизод в Слободе
Гейммастер Валериан вошёл в комнату широким шагом – полы балахона разлетелись, скользнув по косякам двери. Охранники расступились. Никто не сказал ни слова. Всё было ясно без слов.
Садовник лежал на кровати с широко раскрытыми глазами. Лицо Игоря было расслабленным, как во сне, и казалось совершенно счастливым. Из виска торчал тупой кончик стилуса. Если бы не слабая, уже подсохшая струйка, стилус было бы трудно заметить – металлическую палочку вогнали Игорю в череп на всю длину.
– Прощай, мой брат, – прошептал гейммастер, – с возвращением в Реальный мир. Где Конти? – спросил он, не оборачиваясь.
– Нигде нет, – разом заговорили охранники, – везде смотрели, ушёл. – Они как будто пытались оправдаться.
Валериан обвёл взглядом комнатку. Наклонился, заглянул под кровать. Тетрадей нигде не было. Ну конечно. Всё из-за тетрадей. Гейммастер подумал, что надо будет поискать их получше, и одновременно – что вряд ли это имеет смысл. Конти, конечно, их забрал. Надо отдать ему должное: по крайней мере Игорь умер мгновенно и без мучений.
– Это точно Конти? – послышался за спиной приглушенный басок начальника охраны. – Вот же гнида-
– Не стоит, – гейммастер качнул головой. – Он вернётся. Я его знаю. Этот человек платит свои долги.
Очень возможно, отстранённо подумал он, что смерть Игоря как раз и была такой платой. Очень возможно, что Конти оказал заражённому благодеяние… Сжечь цветок немедленно, прямо в камере, безо всяких ритуалов, если он ещё там… и постараться жить так, как будто ничего не было. Что, конечно, уже невозможно.
Гейммастер пальцем начертил на холодном лбу Игоря Реальномирную спираль. Коснулся его век, чтобы закрыть глаза.
