набросать несложно. Главное — все зависит от исполнителя.

— Я думаю, тебе в обязательном порядке нужно обновить гардероб, — сказал я решительно.

Это действительно так. Он, видимо, еще растет. И мало того, что торчат руки из коротких рукавов, просто обносился натурально. Потертости без заплаток. Такой предельно приличный вид, когда за собой старательно следят вопреки отсутствию денег. До нищеты один шаг, однако владелец одежды сопротивляется. Странный человек этот Граверо. Каждому видно, чего он стоит, на внешнем виде ученика. Мелочный скряга. Он же его гоняет к заказчикам, а те люди состоятельные и смотрят на самого хозяина после такого подмастерья свысока. «Встречают по одежке» — не вчера родилось.

— И требуется поделиться со слугами или женой хозяина о внезапном увлечении некой девицей. Короче, деньги нужны. На подарки, кафтан с ботинками. Занять у него как можно больше.

На лице Позье проступило недоумение.

— Надеюсь, он тоже тебя ценит и постарается запутать в долгах. Как наберешь серьезную сумму — постарайся, чтобы в пьяном виде при свидетелях пару раз приложил кулаком. Ты же говоришь, он может?

— Да, — послушно подтвердил. — Случалось.

— Ну и устрой по этому поводу громкий скандал. Нет больше сил терпеть унижения, издевательства и побои.

— Я разрываю контракт, а он требует вернуть долг?

— Вот при всех пусть и крикнет: «Иди на все четыре ветра, только отдай взятое». Сложно, но уж постарайся.

— Вы ссудите мне нужные деньги для возврата… — Он не спрашивал — утверждался, насколько правильно сообразил. — Потому и надо много, чтобы считал, что не смогу достать.

Не глуп, уже удачно. Значит, сумеет Граверо подвести к нужным действиям. Только в будущем надо иметь в виду. Приглядывать за сильно умными полезно. От того ушел, от этого ушел. Оно мне надо — быть кинутым через несколько лет?

— Не ссуда, вычтем потом из жалованья. Здесь ты уже не ученик будешь, с получением оплаты труда, не так ли?

— Спасибо, — очень серьезно сказал он.

— Не рассчитывай, что мой контракт обойдешь так легко, — смягчая улыбкой, сказал ему. — Но без работы не останешься, а в перспективе, через несколько лет… Впрочем, об этом толковать рано. Пока постарайся не болтать лишнего. Себя же подведешь.

— И во сколько мне обойдется эта радость? — спрашиваю задумчиво, изучая рисунок диадемы после ухода обнадеженного Позье.

— Хочешь, бесплатно сделаю? — неожиданно радушно предложил Лехтонен.

— До сих пор ты за свои монетки крепко держался. Дружба дружбой, а табачок врозь. Нешто этот типчик такого стоит.

— Э, да не в нем дело. Мне бы с твоей помощью кое-что другое сделать.

— И?

— А правду говорят, что ты проел плешь всем придворным и членам Сената из-за долгов библиотеке и книжной лавке академии?

И не только по поводу книг. Академия была должна, ей задолжали. Иногда все эти дела оказывались страшно запутанными. Получали железо для крыши здания и сплавляли его налево. Но Шумахер не воровал, а платил работникам, пока не поступили деньги из казны. Иной раз вообще выдавал жалованье книгами. И отбирать задним числом тоже странно.

Без Андрюхи я бы не разобрался во многих случаях. Да и с ним не уверен в правильном итоге. Химичить материально ответственные лица научились задолго до образования СССР и даже Российской империи. С моим приходом они вынужденно перестали забывать про ведение бухгалтерских книг, поскольку пообещал все недостающее брать с них, раз не оформляют. Выпадание памяти и листов временно прекратилось, но уверен, мошенничают.

— Это очень грубое выражение. На самом деле рассылались письма с крайне вежливым напоминанием о долге и обещанием обратиться в судебные инстанции. Лучше всего подействовал посул сообщить через газету имена должников. Никому не нравится быть ославленным на весь свет.

Теперь многие косятся на меня и норовят при случае подставить ножку. Шумахер выстраивал добрые отношения с самыми разными лицами, широко раздавая книги в долг и не требуя возврата. А я оказался неприятным и алчным типом. Не они, фактически укравшие чужое имущество, а Ломоносов, старающийся для академии. Вернул после всех усилий хорошо половину. В глаза смотрят и разводят руками. Давно было, ничего не вспоминается. Кажись, вернули, и нечего претензии странные предъявлять.

— Стоп! — дошло до мозга с заметным опозданием. — Ты хочешь сказать, что есть вельможи, не пожелавшие расплатиться за взятое здесь? Мы несем убытки?

— Чем богаче и ближе к власти, тем жаднее и бесстыднее, — хмуро порадовал меня Лехтонен.

— А чего даешь без предварительной оплаты?

— Ну конечно, — саркастически воскликнул он, — с нашего благодетеля обер-камергера господина Бирона так просто потребовать вперед. И даже взад. Я как-то стесняюсь. Потом напомнил раз, второй — и нет ответа. Некогда ему, о лошадях заботится. А ты большой человек, можешь намекнуть.

— Как ни обидно, ты переоцениваешь мои возможности. Я бы, конечно, не прочь вломиться и потребовать, стуча кулаком по столу. Боюсь, после этого, как особо буйного психа, сдадут в сумасшедший дом. А там держат на цепи и холодной водой обливают. Кстати, сколько он должен?

Вы читаете Врата учености
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату