Староста с силой ударил посохом по камню, выбив небольшой валун, который покатился вниз. Вокруг все задрожало, камни вокруг пришли в движение.
– Ловушка! – Горлик кинулся вперед, но Ахмат схватил его за руку и отбросил в сторону. Вокруг загрохотал камнепад, сметая людей вниз. Кто-то кричал, но большинство горцев ловко уворачивались от летящих камней и пригибались под пролетающими валунами. Грохот нарастал, и лавина камней прошла по тому месту, где располагался отряд.
Ахмат удрученно пытался подсчитать потери; по всему выходило, что около десятка человек погибло под лавиной; сам старик, устроивший камнепад, тоже не выжил. Наверняка старец рассчитывал похоронить весь отряд, но он недооценил опыт горцев. Буквально каждый с детства знал, как вести себя при падающих сверху камнях, как уворачиваться, где прятаться. Конечно, от летящего камня не всегда возможно вообще увернуться, но все же отряд не потерял и десятой части своих людей. Кого-то другого такая ловушка, возможно, и остановила бы, но только не горцев.
– Я же говорил, я чувствовал, – больше всех бушевал Горлик, – я знал, что этот дед нас предаст!
– Надо убить заложников, – выступил верный Мага, – пусть знает, как шутить с нами.
– Он все знал, – охладил пыл своего вспыльчивого соратника вожак, – он все знал, и все же это его не остановило.
– И нас не остановит! – Горлик достал из сапога нож и направился к детям, которые находились возле вождя, а потому не пострадали.
Ахмат мощным ударом кулака молча сбил галичанина с ног, тот покатился по каменистой осыпи, выронив нож. Не обращая на него внимания, Ахмат сам подошел к детям, которые смотрели на него испуганными глазами.
– Ваш дед был герой. Отважный был, – Ахмат ненадолго задумался, глядя куда-то вдаль, – глупый. Но смелый. Такой дед – большая гордость. Честь такой дед иметь. Вы меня понимать?
Мальчик кивнул, девочка только крепче обняла брата.
– У нас в горы все как ваш дед. Почти. Многие. Мы ценим смелость, ценим верность, отвагу, да?
Дети снова кивнули.
– Хорошо, – продолжал Ахмат, – вы домой дорогу знать? Найти? Вернуться?
– Мы знаем, – пискнула девочка.
– Хорошо, – кивнул им горец, – теперь вы идти домой.
– Вы нас не убьете?
– Нет. Мы не дикий зверь. Не убивать детей. Я пугал ваш дед. Но он не испугался. Он не знал, что мы не убивать детей. Но все равно не испугался. Глупый. Смелый. Но я поступил бы так же. Жизнь все равно пройдет. А честь терять нельзя. Честь надо смолоду беречь и до старости. Там, где мы выросли, так мудрецы говорят.
– Дедушка так же говорил.
– Горцы везде похожи, – Ахмат подмигнул детям, – чуть-чуть. Немножко. Идите домой.
– Надо было убить заложников, – Горлик потирал рукой ушиб на скуле, – иначе бояться не будут.
– Он нас не боялся, – пожал плечами Ахмат, – совсем. Таких людей нельзя запугать. Тебе не понять, ты не такой. А я такой же. И будь я на его месте, тоже не показал бы врагам путь. Даже если бы у меня на глазах убили бы моих детей. Все равно не показал бы.
– Вы слишком кичитесь своей честью, но я вас нанял отомстить, и вы пока не справляетесь.
– Ты нас не купил, – пояснил Ахмат, – мы будем делать все по-своему. Ты хочешь отомстить? Дело хорошее. Хочешь смерти Святогора? Он умрет. Дальше мы идем сами, без проводников. Помни. Мы не наемники.
– Но вы взяли мое золото…
– Мы любим золото, – ухмыльнулся Ахмат, – но мы не продаемся. Мы лишь помогаем тебе мстить. Поход продолжается, до твердыни не может быть далеко, воздух тут уже высокогорный, а сама Святая гора не так высока, как Кавказ. Вершина близко. Святогор умрет.
Глава 32
Молния сверкает
Колыван привычно осмотрелся: торговый квартал, как и обычно, был шумен и многолюден. Сегодня великая княгиня должна была переговорить с купцами о выплатах долга. Если по-честному говорить, то деньги в казне были, и пора бы уже и заплатить, на что и напирали купцы. Однако же война все никак не заканчивалась. Чернигов пал, и воинство Тридевятого царства быстро смяло сопротивление во всех остальных городах мятежного княжества. Стяг с царским красным солнышком теперь реял только над твердыней Святогора, молодой царь потерпел сокрушительное поражение от воинства юной княгини. Единственным сильным войском, которое оставалось верным павшей династии, были берендеи. Но это всего лишь один полк, пусть и ветеранский. Конные воины пока уклонялись от сражения с основным войском, отойдя к себе в царство. Купечество полагало, что войну можно считать оконченной, великой княгине и ее соратникам предстояло убедить торговцев и знатных людей, что, пока жив претендент на трон, это еще не конец.
Впереди ехал Пахом, помощник Колывана, старший княжеского конвоя. Он аккуратно расталкивал прохожих, давая путь кавалькаде. Два десятка стражей сопровождали карету, по десятку справа и слева. Сам богатырь сидел на козлах рядом с кучером.
