– И вы никому не скажете, что я тут сидела? Сохраните мой секрет?
– Если ты пообещаешь, что не станешь делать опрометчивых поступков и лишать себя жизни.
Северина опустила голову и ответила так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы разобрать слова:
– Если вы никогда никому не скажете о том, что видели меня здесь, то обещаю.
Майстер Ингер счел это своей небольшой, но важной победой, заботливо укрыл дрожавшую девушку зонтом и, поддерживая за талию, повел в теплый и сухой дом. На пороге их в самом деле встретил кот, большой, раскормленный и вальяжный, с темно-красным бархатным ошейником. Он посмотрел на Северину зелеными глазами и протяжно мяукнул.
– Сейчас, Маркус, – добродушно рассмеялся хозяин, – сначала позаботимся о гостье, а потом покормим тебя.
Маркус брезгливо отряхнул лапы от лужицы, набежавшей с одежды Северины, и скрылся в комнатах, подняв трубой хвост.
– Вот, – блондин принес ей объемное шерстяное одеяло, – разувайся и проходи. Подходящей женской одежды у меня нет, но ты можешь завернуться вот в это. Будет тепло и удобно. А вещи отдашь мне, я повешу их посушить.
– Спасибо, – она взяла одеяло и последовала за ним в ванную. – Но вы могли бы дать мне свою рубашку…
Майстер Ингер остановился на пороге и покачал головой.
– Мне не жалко для тебя рубашки, Северина, – проговорил он, откашлявшись, – но я не считаю это приемлемым.
– Почему? – поинтересовалась она с искренним недоумением на лице.
– Потому что… кхм… – блондин почесал затылок, – это больше подходит для отношений парень-девушка или мужчина-женщина. Я не думаю, что твоим родителям бы понравилось, что ты носишь мою одежду.
– Почему?
– Потому что я – взрослый человек и твой учитель. А ты – еще ребенок и моя ученица…
– Вы такой же, как все! – фыркнула она и скрылась в ванной, хлопнув перед его носом дверью.
Майстер Ингер вздохнул и пошел на кухню ставить чайник. Когда вода закипела, бросил в чашки ароматный чай и заварил его. Поставил их на поднос, добавил вазочки с печеньем, медом и кусочками мармелада, отнес в гостиную и разместил на столике. Как и все заядлые холостяки, он ловко управлялся с домашними делами и успел даже покормить мяукающего кота, когда Северина, наконец, появилась в комнате, с ног до головы закутанная в одеяло.
– Присаживайся, – хозяин дома указал на диван, – согрелась?
– Немного.
Северина, явно стесняясь, опустилась на самый край. Высунула руку в проем одеяла, чтобы взять чашку. Мелькнул розовый нежный женский сосок, и блондин поспешно отвел взгляд. Девушка наверняка не подозревала, как выглядит в этот момент, с влажными чуть вьющимися волосами, слипшимися от слез длинными ресницами и искусанными припухшими губами. Под шерстяной тканью угадывались очертания ее бедер, а ноги были плотно сжаты.
– Ешь сладости. Они вкусные.
– Вы очень добрый, майстер Ингер, – поблагодарила она, отправив в рот мармеладку, и слегка покраснела. – Простите, что рычала и огрызалась на вас. Вы этого не заслужили.
– Ничего, – он откинулся в кресле и положил руки на подлокотники, стараясь как можно меньше останавливаться взглядом на белой коже плеча, не охваченного одеялом. – У всех бывает плохое настроение. В трудную минуту нам всем просто нужен друг, который окажется рядом. Хорошо, что ты решила бросаться под кар неподалеку от моего дома. И хорошо, что я как раз возвращался с тренировки, чтобы вовремя тебя спасти.
– Хорошо, – согласилась Северина и поерзала на диване, отчего одеяло сползло с плеча еще больше. Перехватила мужской взгляд, густо залилась краской и подтянула край повыше. Майстер Ингер поторопился уткнуться в свою чашку. – А вы, правда, мой друг?
– Старший товарищ, – подтвердил он с легкой хрипотцой в голосе.
– А вас когда-нибудь бросали?
– Всех нас когда-нибудь бросали, – мягко уклонился блондин от прямого ответа. – Не бывает так, чтобы любовь всегда была взаимной. Но это тоже полезный опыт, и его тоже нужно пережить. Чтобы потом стать старше и мудрее, и найти новую любовь, уже взаимную и счастливую.
– Вы говорите, как по учебнику, – губы Северины изогнулись в насмешливой ухмылке, – говорите не как друг, не от души. А еще просили довериться. Эх, вы…
– Ну хорошо, – со вздохом сдался он, – конечно, когда я был в твоем возрасте, я тоже влюблялся в девочек, которые не любили меня. И мне тоже было горько и обидно, когда меня бросали. Это просто нужно перетерпеть, Северина. Главное, чтобы ты была жива и здорова, остальное поправимо.
– А вы сами кого-нибудь бросали? – пронзила она его взглядом.
Он сделал глоток, словно бы размышляя над вопросом.
– Я старался расставаться друзьями.
– А сколько у вас было женщин? Ну, в постели?
– Северина, – майстер Ингер со стуком поставил свою чашку на стол. – Я считаю, что нам не стоит обсуждать эту тему.
