Итан подождал, пока светофор не пройдет трижды через цикл смены цветов. Потом вышел из-под навеса и двинулся через улицу.
Переходя через нее, он наконец-то вспомнил имя этого человека – Брэдли Имминг.
Слева и справа на Главной все было тихо.
Абсолютная пустота улицы действовала на нервы.
Темные здания. Единственный светофор, гудящий наверху, по очереди бросающий на снег зеленые, желтые и красные полосы.
Итан добрался до скамьи, двинулся вокруг куста.
Должно было случиться что-то плохое. Он это чувствовал.
Предостерегающая пульсация в глазах – как набат.
Он не услышал шагов, просто ощутил сзади на шее теплое дыхание за полсекунды до того, как мир почернел. Его первым инстинктивным порывом было драться, рука его снова зарылась в карман, нащупывая нож.
Итан крепко ударился о землю, щекой о снег, и на спину ему навалились несколько человек. Он снова почуял сладкую, густую вонь фермы.
Голос Брэдли прошептал ему в левое ухо:
– А ну, уймись, быстро.
– Ты что делаешь, сука?
– Ты не производишь впечатление человека, который добровольно надел бы капюшон. Я правильно понял?
– Угу.
Итан напрягся – еще одно отчаянное усилие, чтобы вытащить руку из-под груди, но тщетно. Его держали на совесть.
– Мы маленько прогуляемся по городу, – сказал Имминг. – Запутаем тебя чуток, чтоб ты был паинькой.
– Кейт ничего об этом не говорила.
– Ты хочешь увидеть ее этой ночью или как?
– Хочу.
– Тогда все так и будет, как я сказал. Это то, что ты называешь непременными условиями. Или можно просто отменить все прямо сейчас.
– Нет. Мне нужно ее увидеть.
– Теперь мы встанем. Потом поможем встать тебе. Ты не будешь на меня замахиваться, ничего такого, да?
– Попытаюсь сдержаться.
Навалившаяся на него тяжесть исчезла.
Итан сделал вдох, в котором так отчаянно нуждался.
Его схватили под мышки, подняли на ноги, но не отпустили. Привели на перекресток Главной и Восьмой. Итан старался не потерять направление – прямо перед ним был север.
– Помнишь игру «прицепи хвост ослу»?[34] – спросил Имминг. – Мы покрутим сейчас твою задницу, партнер, но не беспокойся – мы не дадим тебе упасть.
Его крутанули добрых двадцать раз с такой скоростью, что мир продолжал вращаться даже тогда, когда они остановились.
– Ведите его туда, – сказал остальным Имминг.
Итан нетвердо держался на ногах, качаясь, как пьяный, который едва бредет домой после выпивки под закрытие, но ему не давали упасть.
Они шли долго, оставив далеко позади тот момент, когда Итан утратил малейшее представление о том, где находится.
Никто не разговаривал.
Слышны были только звуки дыхания и шагов на снегу.
Наконец они остановились.
Итан услышал скрип, как будто кто-то открывал дверь на ржавых петлях.
Имминг сказал:
– Держи ухо востро, сейчас начнется мудреное дельце… Поверните-ка его кругом, мальчики. Я спущусь первым. И проверьте снова, как завязан сзади его капюшон.
Когда Итана повернули на сто восемьдесят градусов, Имминг сказал:
– Мы опустим тебя на колени.
Голос теперь звучал из другого места, как будто Имминг находился почти ниже ног Итана.
Колени Бёрка ударились о снег. Он почувствовал, как сквозь ткань джинсов просочился холод.
– Я держу твой ботинок, ставлю его на ступеньку, – сказал Имминг. – Чувствуешь?
Подошва правого ботинка Итана коснулась узкого края деревяшки размером один на четыре дюйма.
– Теперь поставь рядом вторую ногу. Хорошо. Мальчики, держите его руки. Шериф, продолжайте, сделайте еще шаг вниз.