– Колючая проволока.
– Ты уверен?
– Абсолютно.
– Ты действительно уверен? – переспросил Уил, но к тому моменту, когда он произнес последнее слово, ответ стал ясен сам собой. Это был барьер из красных и желтых блоков. «Валиант» врезался в них, и Уилу в лицо полетел желтый блок, который с легким чмоком отрикошетил от лобового стекла.
Уил поглядел в заднее стекло. Разноцветные блоки медленно катились по дороге.
– Пластмасса, – сказал Элиот.
– Ты же говорил, что проволока.
– В последний раз была проволока.
Полицейские машины уменьшались.
– Эй, а они остановились.
– Это потому, что они верят в то, что им наговорили про Брокен-Хилл. Они не хотят умирать.
– Значит, сюда никто за нами не погонится? Мы в безопасности?
– Обычные люди – нет. А пролы – да.
– Ах, да, – сказал Уил, озадаченный. – Пролы.
– А еще ИВПы, – сказал Элиот. – Ты этих еще не видел. Когда они объявятся, нам не обойтись без слова. – Он бросил взгляд в зеркало заднего вида. – Я сейчас остановлюсь. Поведи немного.
Машина остановилась. Уил обежал ее, пригибаясь на тот случай, если у копов есть оптические прицелы или вдруг появится вертолет, в общем, на всякий случай. Предугадать он не мог, случиться могло что угодно. Двигатель зачихал, и Уил подумал: «
– Проклятье, – сказал Уил.
– Садись.
Он сел на пятно. Остро пахло землей, как в огороде после дождя.
– Плохи твои дела, Элиот. – Уил закрыл дверцу и тронул машину с места, пока в ней еще оставались силы. – В Брокен-Хилл есть больница? Или клиника? – Он бросил на Элиота быстрый взгляд, испугавшись, что тот умер за прошедшие пять секунд. Но Элиот был жив. – Может, здесь мы сможем что- нибудь сделать для тебя. – Может, у Элиота есть познания в медицине. Может, у него получится вытащить пулю из своего тела и подобрать себе правильную дозу лекарств десятилетней давности. Он же втыкал иглу в глаз Уилу – так что наверняка разбирается в каких-то вопросах. Двигатель кашлянул трижды. Впереди показалось какое-то сооружение, нечто старое и промышленного назначения. – Ты слушаешь?
– Да. Хороший план.
– Разве? – По выражению на лице Элиота Уил понял, что все наоборот. – Черт! Тогда что?
– Мы найдем слово.
– И? – Элиот ничего не ответил. – Что… – начал Уил и приказал себе прекратить засыпать Элиота вопросами. Пусть тот сосредоточится на сдерживании своего темперамента.
Справа появился дом, заброшенный, с выгоревшей на солнце краской. В Портленде Уил видал развалины и похуже. Кстати, дом не выглядел нежилым. А, все дело в окнах, сообразил он. В них стекла целы. И вокруг нет ни сорняков, ни буйных зарослей. Все выжгло солнце. Уил заметил тут и там серо-белые кучи и подумал: «Муравейники?» Одна была на дороге, он ее разглядел и выкрутил руль.
– Черт!
Элиот хмыкнул.
– Скелеты, – сказал он.
Конечно, это были скелеты. И все же… Скелеты. На дороге. В поле зрения появилась длинная заправка. Из сгоревшего микроавтобуса свисал еще один скелет. Уил покосился на Элиота, проверяя, видит ли тот это и испугался ли хоть капельку, но глаза раненого были закрыты.
– Элиот.
Его глаза открылись. Он принялся усаживаться прямо, и двигался он так, будто укладывал на сиденье нечто тяжелое.
– Не давай. Мне. Закрывать глаза.
– Вот поэтому я и говорю. – Указатели сияли, отполированные ветром. «УЛИЦА СУЛЬФИДА». «ШАХТА ОТКРЫТОЙ РАЗРАБОТКИ № 3». Складывалось впечатление, будто жителям изначально хотелось стать местом химической катастрофы. Только катастрофа не произошла. Это была просто легенда. Что-то щелкнуло у него в мозгу. Какое-то воспоминание.
– Где твое слово?
