границы, каким-то своим ядом, заряженными частицами, дурным духом – да черт его знает чем на самом деле, но вся эта зараза копилась-копилась и в какой-то момент переливалась через край, убивая и калеча. Не стоило лишний раз испытывать судьбу, загребая Зону сверх меры. Чревато.
Однако иной раз в Зоне ничего другого не оставалось, как ждать, не имея иной возможности как-то повлиять на ситуацию. Здесь вообще необходимо уметь ждать, нетерпеливые очень быстро превращались в холодные куски мертвой плоти.
Камушек пролетел по наклонной дуге и упал в траву. Тут же рядом зашевелились острые листья осоки, на голый пятачок возле вросшего в землю валуна из густой растительности вытек язычок похожей на вязкую жидкость субстанции изумрудного цвета.
– Не ушла, зараза, – констатировал Гоша, отползая на вершину небольшого холмика.
«Зеленка» попалась им практически у самого Периметра. Ловушка незаметно подобралась к идущим людям почти вплотную, но друзья в самый последний момент успели взобраться на небольшой холм, торчащий лысой макушкой над покрытым высокой травой лугом. Изумрудная гадина не смогла затечь вслед за ними и теперь притаилась где-то рядом.
– Сём, так чего тебя из военной академии-то вышибли? – продолжил прерванный разговор Игорь.
Старцев валялся рядом, лежа на спине, жевал травинку и, подложив руки под голову, разглядывал небо. Вид у Семена был умиротворенный.
– Да было дело, нахулиганил малость, – ответил он. – Поставили условие – либо, говорят, из академии уходи, либо в тюрьму сядешь. Понятно, что я выбрал.
– Это чего ты там такое натворил? – уселся рядом Гоша. – Да еще и настолько криминальное.
Старцев перекинул травинку в другой угол рта, протянул нехотя:
– Да там, по сути, мелочовка. Подрался с тем, с кем нельзя, попал на деньги. Пришлось кое-где подсобить, чтобы подзаработать. Вышло неудачно – поймали. Начальник курса сразу на дверь указал.
– И куда потом? – Чесноков выковырял из земли очередной камень и теперь глазами искал прячущуюся в земле ловушку.
– Пробовал себя много где. Потом встретил ребят нужных, они подтянули к бизнесу.
– А бизнес на Зоне замешан? – спросил Фомин, подводя Старцева к интересующему его вопросу.
– Ага, – не стал скрывать и юлить Семен. – Да вы тоже в нем, коль мы с вами именно тут встретились.
Он поднялся на локтях, посмотрел на Игоря.
– Я на «ленинских» работаю, Горыныч. Слышал о таких?
Игорь мгновение переваривал шокирующую информацию, медленно кивнул.
По сути, официально никаких «ленинских» давно не существовало. Да, была в далекие девяностые такая крупная преступная группировка, деяния которой гремели на всю страну Была, да к двухтысячным сплыла – особенно строптивые либо лежали в земле, либо чалились по тюрьмам, а те, кто с головой, вовремя переквалифицировались в коммерсантов и банкиров. Казалось бы, истории конец.
Но вот только на самом деле поменялась лишь обертка. Суть осталась неизменной. Никуда не делись незаконные вырубки лесов, торговля наркотиками, проституция и заказные автоугоны. Новые формации бандитов, в костюмах и с секретарями, плотно вошли во власть, уселись в министерские кресла, стали владельцами корпораций и финансовых организаций. Потому всем «нелегалом» теперь руководили не из прокуренных придорожных кабаков, а из фешенебельных офисов в деловых центрах, а на «разборки» приезжали не мужики с битами, а хорошо обученные и подготовленные наемники.
Естественно, никто не убрал «насосы» и от Зоны. Усложнились схемы, и добавились посредники, но в остальном все работало как прежде – здесь, в Искитиме, и других городках, имеющих несчастье размещаться рядом с территорией Посещения, было самое дно незаконного промысла, а там, в Новосибирске, снимали все сливки, превращая результаты грязной работы в чистые и большие деньги. И занимались этим как раз бывшие «ленинские», на которых отчасти работали и Хазар, и Волчок, и другие местные авторитеты.
Потому слова Старцева повергли Игоря в глубокие и сумрачные размышления. Даже Чесноков протянул несколько разочарованно:
– Блин, Сём, и ты в бандиты подался…
Старцев, видя реакцию друзей, сел и попытался разрядить обстановку:
– Да какой я бандит? Ну вы чего? Сейчас так, как у вас в глубинке, дела нигде уже не делаются. Нет ни разборок, ни сходок, ни этих четких пацанчиков с тюремными замашками. Сейчас все решают юристы и суды, деньги и чиновники.
– Это чего они решают? – исподлобья спросил Игорь. – Кому в Зоне пулю в башку пустить? Или как сподручнее рабов на плантациях использовать?
– Горын, ты не понимаешь, – попытался объяснить Старцев. – Я же говорю – это только тут тайга – закон, а прокурор – медведь. Там все по-иному.
– Да я вижу, – Фомин кивнул на лежащий пистолет.
Чесноков фыркнул.
– Это для безопасности, – ответил Семен. – Сами же видели как тут дела решаются. Если бы не ловушка, то нас бы те мужички из обрезов покрошили. А мы всего-то хотели купить редкий артефакт. Для частной коллекции.
Фомин с Чесноковым переглянулись, уважительно качая головами.
– Для частной, понимаешь, коллекции, – повторил Гоша. – Перлись через всю Зону, чтобы, значит, коллекцию пополнить.
