– Виктор Корнеев! Стоять на месте и улыбаться!
Детектив остолбенел.
– Поверить не могу, – сказал он. – Эмиль!
Двери машин открылись. Из них вылезли крепкие парни.
– «Лиза», будь я проклят! – завопил Виктор от избытка чувств. – ОРАКУЛ!
– Садитесь и поехали, – сказал Эмиль. – Мы еще можем их взять.
Марк и Виктор залезли на заднее сиденье «форда».
– Что вы тут делаете? – спросил Виктор. – Откуда тачки взяли?
– Ну, мы порою так службу ведем, – уклончиво сказал Эмиль, объезжая машину Марка, которую уже поджигал один из бойцов. – Иногда под видом полиции, как сейчас. Иногда в качестве еще какой-нибудь структуры. В ЦАЯ широкий выбор средств. Ты не так долго работаешь, чтобы посвящать тебя во все дела.
– А как вы узнали про нас? – не утерпел Марк.
– Прослушивали частоты полиции. Надеюсь, это тебя в нашем веке не шокирует. После твоего проникновения в Центр и пожара мы поняли, что гибель «Моны» – еще не все, и тут что-то происходит. Стали, в общем, мониторить все, что можно. Катались тут рядом, в южных районах. Знали, что если груз артефактов куда и пойдет, то обратно в Зону. Приняли сигнал о грузовике, затем о вертолете, и сразу сюда. Совун, ты зря нам ничего не рассказал.
– Так я ж не знал, кому доверять можно.
– Ну, я же говорил. Пидрила ты настоящая.
Виктор рассмеялся.
– Что будете с «вертушкой» делать? – спросил Марк.
– Есть некоторые соображения, – ответил Эмиль. – Только если этот урод снова по нам стрелять начнет, то можем и не успеть.
– А куда грузовик едет, не в курсе?
– Нет. Так он выедет на восточную дорогу.
– Там же нет никакой дороги, – сказал Виктор. – На навигаторе ничего не было видно.
– Выкинь свой навигатор. Москву знает тот, кто периодически по ней ездит и ходит лично.
– Да выбросил уже, – признался Виктор. – Вернее, он в машине сгорел.
– Вот и хорошо.
Кавалькада полицейских машин двигалась сквозь облако пыли. Марк ощутил себя неописуемо глупо.
– Там впереди будет мотоцикл, – предупредил он. – Это Борланд. Если что, он с нами.
– Я не удивлен, – сказал Эмиль. – Что вы вообще тут пытаетесь сделать?
– Обезвредить артефакты с помощью «сустейна».
– И снова я не удивлен. Когда закончим, сделайте доброе дело, подарите мне эту фигню. Я ее разобью кувалдой. А что так решили обезвреживать? «Щепка» тут не годится?
Марк не понял, о чем шла речь, и Виктор ответил за него:
– Нет, «расщепитель» остался в ЦАЯ. Он слишком тяжел, и его надо пододвигать вплотную к артефактам. Через музыку работать гораздо лучше.
– А составить что-то похожее на «щепку»?
– Это невозможно. «Расщепитель» существует в единственном экземпляре.
– Это почему еще? – спросил Марк.
– Я не знаю, но так Ольга сказала. Она его разбирала и говорила, что второй такой создать невозможно. Что-то она там нашла уникальное. Позже спросишь, если тебе интересно.
Марку было интересно. Даже сейчас, несмотря на сильный стресс и усталость, он ощутил недоумение. Среди технологий Зоны не было ничего, что можно было бы создать лишь в единственном экземпляре. Данная информация не состыковывалась с его восприятием вещей.
«Форд» выскочил на асфальтовую дорогу так неожиданно, что Марк вцепился в сиденье водителя, ожидая новой атаки. Вертолет виднелся где-то далеко впереди. Там же был и грузовик. Когда Эмиль подъехал ближе, стал виден и мотоцикл.
Борланд был намного проворнее грузовика. Он постоянно умудрялся двигаться так, чтобы не попадаться вертолету на прицел.
– Что этот парень творит, а! – не удержался Эмиль. – Вы видели?
– Видели, – сказал Марк. – Лучше бы не видел. Когда Борланд в последний раз был на мотоцикле, погиб его друг.
– Какой друг? – спросил Виктор. – Не помню такого в его биографии.
