— Аанден? — спросила принцесса.
— И Карата, — ответила со стола вторая фигура. Сарин сразу узнала в ней женщину, хотя лысая голова и морщинистое лицо ничем не отличались от прочих. — Чего тебе от нас надо?
— Мне говорили, что вы двое — враги, — подозрительно нахмурилась Сарин.
— Недавно мы осознали выгоды сотрудничества друг с другом, — ответил Аанден. Он оказался невысоким мужчиной с осторожным взглядом и усохшим лицом, немного похожим на грызуна. Напыщенная, переполненная собственной значимостью манера держаться соответствовала ожиданиям Сарин.
— А где же Шаор?
Карата улыбнулась.
— Одна из вышеупомянутых выгод.
— Мертв?
Аанден кивнул.
— Теперь Элантрисом правим мы. Чего ты хочешь, принцесса?
Сарин замешкалась с ответом. Она собиралась сыграть на разногласиях между тремя вожаками. Перед объединенными врагами придется вести себя по-другому.
— Я хочу вас подкупить, — прямо заявила она.
Элантрийка вопросительно приподняла бровь, но коротышка возмущенно запыхтел.
— На что нам твои дары, женщина?
Сарин часто приходилось играть в подобные игры, и она распознала маску человека, непривычного к большой политике. Во время дипломатических миссий она встречала похожих людей дюжинами — и они чертовски ей надоели.
— Послушай, — произнесла принцесса. — Будем откровенны — вряд ли вы умеете вести переговоры, так что не станем тратить время. Я хочу принести элантрийцам еду, а вы собираетесь помешать мне, потому что такой дар ослабит ваше влияние в городе. Сейчас вы наверняка пытаетесь придумать, как взять в свои руки контроль над тем, кто получит мои приношения, а кто нет.
Мужчина заерзал, и Сарин улыбнулась.
— Поэтому я и собираюсь дать вам взятку. Что вы хотите за то, чтобы беспрепятственно пустить жителей к нашим дарам?
Аанден выпучил глаза, не зная, что сказать. А вот элантрийка ответила без раздумий:
— У тебя есть на чем записать наши требования?
— Есть. — Принцесса жестом приказала Шудену достать бумагу и угольный карандаш.
Список оказался пространным, гораздо длиннее, чем ожидала Сарин, и включал в себя множество странных вещей. Девушка думала, что главари потребуют оружие или золото. Но выдвинутые Каратой требования начинались тканью, потом перечисляли несколько сортов зерна, обработанные листы железа, доски, солому и заканчивались маслом. Вывод становился ясен: власть в Элантрисе основывалась не на силе или богатстве, но на предметах жизненной необходимости.
Сарин без пререканий согласилась с требованиями. Если бы она имела дело с одним Аанденом, принцесса бы оспорила количество, но Карата производила впечатление прямолинейной, несгибаемой женщины, которая вряд ли терпеливо отнесется к попытке поторговаться.
— Это все? — спросила Сарин, пока джиндоский барон записывал последнюю просьбу.
— На несколько дней хватит, — ответила элантрийка.
Принцесса презрительно посмотрела на нее.
— Прекрасно. Но я выдвигаю одно условие. Вы никому не запретите приходить на площадь. Правьте как тираны, если вам так угодно, но пусть люди страдают с набитыми желудками.
— Даю слово, — заверила ее Карата. — Я никого не стану удерживать.
Сарин кивнула, давая понять, что встреча закончена. Карата выделила провожатого на обратный путь — на этот раз им оказался не Дух. Он остался позади и, когда принцесса кидала здание, как раз приближался к двум самозванцам.
— Я хорошо сыграл, господин? — спросил Мареш.
— Прекрасно, — ответил принц, с удовлетворением наблюдая за удаляющейся девушкой.
Ювелир смущенно заулыбался.
— Я старался, господин. У меня мало опыта в актерском мастерстве, но думаю, что мне удалось изобразить решительного, внушающего страх правителя.
Раоден поймал взгляд Караты: обычно хмурая женщина изо всех сил сдерживала смех. Склонный к напыщенности мастер сыграл великолепно — он
