«Чего бы он ни хотел, он не желает, чтобы я об этом узнал, о нет, он как-то очень спокойно себя ведет, еще одно направление поисков, и не более того, ага... Он не станет подталкивать, не станет напирать...»
— ...тебя опередил, — непринужденно закончил Дежарден. — Я уже проверил рифтеров. Проверил каждого, кто имел хоть какое-то отношение к «Биб». Ничего. Никакого движения на банковских счетах, никаких транзакций по запястникам, с самого землетрясения — ничего.
Он взглянул на собеседника, стараясь держаться уверенно.
— Они же были практически в эпицентре, когда произошел Большой Толчок. Почему ты думаешь, что там кто-то уцелел?
Колин без выражения взглянул.
— Без всякой причины. Просто систематически подхожу к вопросу.
— Хм. — Ахилл как бы машинально побарабанил по краю пульта.
В линзах загорелось визуальное подтверждение: он открыл канал прямо в зрительную кору головного мозга, и даже эхо от него — для верности Дежарден еще раз посмотрел на стену — не пошло на внешние дисплеи.
— Знаешь, я тут задумался... — Он еще раз небрежно постучал по пульту: в голове появилась светящаяся клавиатура, не существующая вне его плоти. — Задумался, почему первоначальные носители не умирают так быстро, как люди на Полосе. — Ахилл украдкой осмотрел клавиатуру, на долю секунды задержав взгляд в трех точках, и буквы начали светиться, формулируя команду. — Может, на суше развился какой-то другой, более смертоносный штамм. —
«Станция „Биб"».
По краям поля зрения расцвели скрытые меню. Он сосредоточился на «Персонале».
«Колин» хмыкнул.
Четверо мужчин, четыре женщины. Дежарден остановился на мужчинах: кто бы ни стоял сейчас рядом с ним, вряд ли он стал бы меняться настолько сильно.
— А если сейчас действуют два отдельных штамма, то наши модели распространения, скорее всего, неверны, — громко сказал Ахилл.
Снимки работников. Все лица незнакомы. А вот глаза...
Он посмотрел наверх. «Колин» взглянул на него сквозь мерцающий палимпсест.
Эти глаза...
Плоть вокруг них перестроили. Зрачки стали темнее. Но в целом разница чисто косметическая; изъян в радужке не изменили, по склере змеился характерный капилляр. К тому же общая геометрия лица оказалась идентичной. Вполне обычная смена облика, больше похожая на грим, чем на переделку. Новое лицо, новая пара носков и...
— Что-то не так? — спросил Кеннет Лабин.
Дежарден сглотнул.
— Кофеин, — выдавил он из себя. — Вечно подкрадывается незаметно. Я сейчас вернусь.
***
Он едва замечал, как мимо мелькают двери кабинетов. Пропустил туалет.
«Бог ты мой. Он же был у меня дома дышал мне в лицо ткнул мне чем-то в шею да он же наверное уже сгнил от Бетагемота а тот сейчас растет прямо во мне вот прямо сейчас растет...
Заткнись. Соберись. Ты справишься».
Если бы Лабин заразился, то уже умер бы. По сути, он сам так и сказал. А значит, он — не носитель. Уже что-то.
Хотя рифтер вполне мог законсервировать культуру: Джонни Яблочное Зернышко затаил месть и теперь разносит Бетагемот по округе в чашке Петри. И что с того? Зачем пересекать целый континент и инфицировать лично Дежардена? Если бы он по какой-то причине решил убить Ахилла, то легко мог это сделать, пока тот лежал на полу собственной гостиной.
Тоже мысль.
Скорее всего, оба были чистыми. Дежардена чуть не затошнило от облегчения, а потом он открыл дверь в кабинет Джовелланос.
Там никого не оказалось: Элис взяла отгул, решила потратить время, проведенное на работе сверхурочно. Ахилл возблагодарил силы энтропии за ее небольшие милости. Хотя бы на пару минут пульт коллеги был в его полном распоряжении. Больше сидеть он не мог, иначе вызвал бы подозрения.
Ахилл зашел в свой аккаунт и задумался.
Лабин хотел, чтобы он посмотрел файлы персонала, работавшего на «Биб». Неужели он не понимал, что Дежарден сразу проведет связь, стоит фото появиться на экране? Может, и нет. В конце концов, рифтер был всего лишь человеком. Может, забыл об имплантатах, усиливающих распознавание
