отлетела, покатилась по песку и… взамен появились две новые.
Силы моря, помогите!
Очередное копье – очередной бросок, пусть и в цель, но чудовище становилось все сильнее, и только скалы мешали ему до меня добраться. Гидра крушила камни, шипела, плевалась ядовитыми сгустками.
Мне нужен огонь. Нельзя допустить, чтобы змеиных голов стало больше десятка. Тогда она будет почти неуязвима.
«Трин!» – голос Ала звучал гневно.
«Да не до тебя сейчас. У меня тут гидра!»
Ледяное копье пронзило шею чудовищу, давая минутную передышку.
«Что?» – «Как создать огонь, Ал?» – «Нагрей воду и прижги ее рану».
Голос стих, и я осталась наедине со своим ужасом. Ноги дрожали, утопая в песке. Ледяные копья разодрали до крови руки. Кашель рвался наружу, не давая дышать, а перед глазами шли круги.
Шипящая пасть оказалась совсем близко, я ударила копьем и закричала, обдавая нечисть потоком воды.
Гидра заметалась, цепляясь лапами за камни, и я разглядела, что одной головы у нее нет. Ладони жгло. Я мельком заметила волдыри и заставила себя подняться. Нельзя сдаваться. Не имею права.
Вдох. Выдох. Еще раз. Я создала очередное копье, понятия не имея, как это делаю. Наверное, мечом было бы удобнее и привычнее. Но у меня его не было.
Ударила чудовище, заставила поток вскипеть, прижигая рану. Странное спокойствие и уверенность в себе взяли верх над страхом. Нет, я по-прежнему боялась гидры, чувствовала боль во всем теле и тошноту от запаха крови и яда, но просто смогла взять эмоции под контроль. И да, дальше я действовала четко. Сносила гидре одну голову за другой, призывала горячую воду, уходила от ударов ее хвоста. Когда на теле чудовища осталась только одна, я замахнулась ледяным копьем, но из пасти вырвалось пламя.
Глупо так умирать. Радует только то, что я… Поток воды возник ниоткуда, поднял меня и швырнул на песок, заставляя закашляться и чуть не взвыть от боли в руке.
Я приподнялась, чтобы увидеть, как Алэрин отсекает мечом последнюю голову, которая катится прямо ко мне. Вскочила, забыв обо всем, что тревожило минуту назад. И страх вернулся. Хлынул волной, заставляя дрожать руки и губы.
Я уже не думала, что творю. Кинулась к Алу, вцепилась в него, прижалась и не отпустила.
– Ранена? – Голос магистра Нариса послышался совсем рядом, но я не пожелала даже обернуться. Вдыхала легкий запах ирисов, что шел от Алэрина, глотала слезы, катившиеся по щекам, и ненавидела себя за эту слабость.
– Вся в крови. Содраны локти, колени и ладони, ушибла руку. И плюс простыла, – коротко отозвался маг, крепко прижимая меня к себе. – Сколько их еще было?
– Три, не считая этой. Ты ее убил, так понимаю?
– Не я, – отозвался Ал. – Трин.
– Чем? – удивился магистр Нарис. – У нее не было с собой оружия.
– Создала ледяное копье и сумела нагреть воду. Остальные гидры мертвы.
– Остальные?
Я с трудом оторвалась от Алэрина, посмотрела в глаза, только сейчас сообразив, что к чему.
– Думаю, мы можем ей сказать, – отозвался ректор.
Я обернулась. Одежда магистра Нариса превратилась в лохмотья. На плаще виднелись дырки, как будто его прожгли. Наверняка так и было. Не удивлюсь. У камзола оторван рукав, а рубашка заляпана чем-то черным. По сравнению с Алэрином, который выглядел как принц с картинки, магистр Нарис проигрывал.
Водный маг с сомнением посмотрел на меня, прикрыл глаза, часто задышав.
– Алэрин, – впервые позвала я его по имени.
– Сегодня на берегу моря оказалось четыре гидры. Две возле западных ворот, одна – у восточных, последняя – здесь. Трех, кроме той, что убила ты, заметили рыбаки, призвали магов, отправившихся на пробежку…
То есть помощи я бы не дождалась. Никто не знал. Я шла на смерть.
От ужаса потемнело в глазах. Глупо, конечно, бояться того, что уже произошло.
– Их призвала луноликая Азелера.
– Супруга Морского бога? Зачем? – прошептала я.
– Напомнить, что она сильнее. И если захочет…
Алэрин вздохнул, снова прижал меня к себе.
