– У меня хватит сил.
Рен сказал это тоном, не терпящим возражений, но Кишан все равно продолжал спорить. Наконец Рен тихо сказал:
– Она будет твоей до конца твоих дней, брат. Позволь мне сейчас побыть с ней.
На этот раз Кишан ничего не ответил, и вскоре тишина убаюкала меня, унесла в глубокий сон. В последнюю секунду я почувствовала какое-то жжение в животе, а потом все исчезло.
Меня разбудил волчий голод. Рен и Кишан спали с двух сторон от меня, причем мы уже были не на вершине горы. Вокруг нас росли огненные деревья.
Рен первый пошевелился, взял меня за руку.
– Келси? Как ты себя чувствуешь?
– Умираю от голода, – прошептала я. – И пить тоже очень хочу. А где мы?
– Мы вызвали Владык пламени, они спустили нас вниз и перенесли сюда, вместе со всем оружием. Твой лук и стрелы вернулись, Шарф и Золотой плод тоже при нас.
– Ты… выздоровел?
– Да. А ты?
– Угу, только ужасно есть хочется.
– Вы замолчите или нет? – сквозь сон проворчал Кишан.
Я потрепала его по спине, чмокнула в щеку.
– Прости. Спи.
Вскоре Кишан снова уснул, а Рен продолжал пристально смотреть на меня своими темно-синими глазами. Мы долго лежали так, глядя друг на друга. Ни один из нас не произнес ни слова. Я чувствовала себя в безопасности. Мы даже не дотрагивались друг до друга, но я все равно чувствовала, будто Рен держит меня в объятиях. Мой голод исчез, на смену ему пришла какая-то другая, гораздо более требовательная необходимость, заставлявшая меня не отрываясь смотреть на моего синеглазого тигра.
К сожалению, слишком скоро Кишан проснулся и решил, что пора сворачивать лагерь.
Я чувствовала ломоту во всем теле. У меня болело все, даже мизинцы. Попытка потянуться закончилась плачевно.
– О-оой! Нет, это явно не лучшее мое утро, – проныла я.
Рен сделал было шаг ко мне, но остановился, уступив место Кишану.
Тот обнял меня, прижал к себе.
– У тебя хватит сил идти? Не забывай, нам еще предстоит сразиться со стражем.
– Не надо торопиться, – вмешался Рен. – Вчера Келси израсходовала слишком много энергии. Наверное, ей нужно еще немного отдохнуть.
– К сожалению, у нас есть причина торопиться, – поморщилась я. – Владыки пламени ясно дали понять, что лучше нам унести отсюда ноги до того, как они залижут свои раны.
– Мы пойдем совсем медленно, – заверил Кишан. – А когда будем драться с тварью, отправим Келси в глубокий тыл!
Рен пристально посмотрел на меня, потом отвернулся и пошел собирать наши пожитки.
Я кивнула Кишану и отошла к огненному дереву. Мне было немного стыдно за то, что я так беззастенчиво черпаю энергию у этих добрых и безответных созданий. Конечно, если бы ради спасения Рена мне пришлось бы высосать все соки из деревьев, я бы сделала это не задумываясь, но потом все равно пожалела бы. Теплые побеги обвились вокруг моих рук, нежно погладили. Вскоре я почувствовала себя полностью обновленной и освеженной, вот только на душе у меня было по-прежнему тяжело.
Я до смерти устала от бесконечных битв, от вечной опасности, от чудовищ и злодеев, поджидавших нас за каждым поворотом. И все чаще думала о своем маленьком домике в Орегоне. Больше всего на свете мне хотелось жить среди тех, кого я люблю. Знать, что они рядом и в безопасности. Но все, кто был мне дорог, один за другим уходили из жизни.
Я снова подумала о фениксе и уроке, который он преподал мне. Рассвет обещал, что когда-нибудь я снова увижу своих родителей и мистера Кадама. И еще он сказал, что я должна следовать правде и любви, которые найду в своем сердце. Я встала, отряхнула джинсы и вернулась в лагерь.
Там я обняла мужчину, которого любила, и сказала:
– Все, я готова.
Еще через полчаса мы втроем, скрючившись, сидели под кустом.
– Значит, химера – кошка? – шепотом спросил Кишан. Он сморщил нос и провел пальцами по отметинам когтей на стволе огненного дерева.
– Вроде того, – ответила я. – Вообще, с виду она больше похожа на львицу, только с козлиной головой и змеиным хвостом.
– Между прочим, мы на ее территории, – заметил Рен.
– Угу, – Кишан потер подбородок. – Ты ее чуешь?
