Увы, его надежды были разбиты вдребезги, когда рослый стражник на пару еще с одним воином повели его к двери.
– Погодите! – приказал Рыжеволосый.
Не отпуская Арминия, стражники остановились. Он же вновь воззвал к Донару.
– Возможно, все не так просто, как кажется, – сказал Рыжеволосый.
В ответ раздались возмущенные выкрики.
– Тут все ясно как день! – выкрикнул один из вождей. – Арминий пообещал нам шанс отомстить римлянам, но даже пальцем не пошевелил, чтобы остановить римлян, когда те стали убивать наших воинов. Теперь же он приехал сюда вместе с их войском, и один Донар ведает, что они готовы сделать с нами. Этот человек – лжец, он весь прогнил, как плохо закопченный окорок.
– У меня чешутся руки убить Арминия, – заявил Рыжеволосый. – Но не будет вреда в том, если прежде мы с ним поговорим.
– Зачем понапрасну терять время? – ощерился другой вождь. – У этого сукиного сына всегда был серебряный язык. Он попытается убедить нас, что не смог ничего поделать.
– Возможно, ты прав, – возразил Рыжеволосый. – Но ответь мне. Зачем ему было приходить к нам, причем безоружным, да еще в глухую полночь? Только за тем, сдается мне, чтобы сообщить нам что-то важное. Ведь он не дурак.
Ни у кого не нашлось, что на это возразить.
– Что ж, пусть говорит, – сказал вождь с кустистыми бровями. – Если нам не понравятся его слова, мы живо вернем кляп на место.
С этими словам Рыжеволосый подошел к Арминию и развязал лоскут ткани, не дававший ему раскрыть рот.
– Спасибо, – пробормотал херуск сухими губами, чувствуя, как страх слегка отпустил его. Рыжеволосый пропустил мимо ушей его благодарность.
– Так что ты хотел нам сказать?
– Во-первых, римляне не собираются нападать на вас, – сказал Арминий. Узипеты облегченно вздохнули. Значит, он не ошибся, начав именно с этих слов. – Они пришли объявить о штрафном налоге, который наложил на вас Вар.
– Ты поклянешься, что это правда? – спросил вождь с кустистыми бровями.
– Собственной жизнью, жизнью моего отца и его отца до него. Да будет Донар моим свидетелем, римляне явились сюда лишь затем, чтобы припугнуть вас. Вар не желает обострять и без того щекотливую ситуацию. – Похоже, его слова пришлись узипетам по душе, и он продолжил: – Однако налог, который он наложил на вас, неподъемен. Некоторые из вас не смогут его заплатить.
– И что будет, если не смогут? – уточнил Рыжеволосый.
– Римляне – народ практичный. Если у вас не будет серебра, они потребуют оплаты натурой. Скот, зерно, рабов – им все равно. – В ответ послышались возмущенные комментарии, однако Арминий повысил голос и продолжил: – Не забывайте, что через три месяца вы должны также уплатить ежегодный налог.
Гнев узипетов вспыхнул с новой силой. Рыжеволосый был даже вынужден восстановить порядок. Как только вновь воцарилась тишина, он холодно посмотрел на Арминия.
– Все это мы услышали бы и утром. Живо выкладывай, зачем ты явился сюда.
– То, что я хочу сказать, предназначается лишь ушам вождей. – Арминий посмотрел на рослого стражника и воина у дверей.
Рыжеволосый мотнул головой, и эти двое вышли на улицу.
– Хотя мне понятны причины, подвигшие ваших юношей напасть на другой берег, их действия были слишком поспешны, – произнес Арминий и тотчас заметил, как кое-кто из вождей кивнули в знак согласия. Что ж, уже неплохо. – Римляне никогда не потерпят подобных набегов. Поступить так – значит бросить им вызов. Я благодарен судьбе, что для участия в ответных мерах Вар выбрал не меня, но мне было больно узнать, какая судьба постигла ваших воинов. То, что в плен попали лишь единицы, знак их храбрости.
Он нарочно сказал эти слова. Хотел проверить, что им известно. Ведь стоит всего одному из них обвинить его во лжи, как нож жреца в считаные мгновения вскроет ему грудную клетку. Тем более что сердце, казалось, рвалось из нее наружу. Арминий обвел взглядом их насупленные лица.
– Как я понимаю, их подвергли пыткам? – спросил Рыжеволосый. Арминий облегченно выдохнул.
– Да.
– Римские ублюдки… И что они сказали?
– Все, как один, клялись, что вы, вожди, ничего не знали про их набег. – Арминий по глазам понял, что это так. Похоже, у вождей отлегло от сердца. – К сожалению, их ответы были лишь одной стороной обоюдоострого меча. Если Вар полагал, что набег совершен по вашему приказу, все вы были бы уже мертвы, а ваша деревня сожжена. Он же считает, что вы непричастны к набегу, и потому в наказание за него наложит на вас дополнительный налог.
– Как ни крути, все равно мы у него виноваты, – прорычал тот, что с густыми бровями. – Даже если б знали.
