сгущенную темноту красно-белыми зарницами.
– Предельная точность… Величина сопротивления… частота, – бормотал Странник. Вспыхивали, зажигались и гасли разноцветные огоньки бусин.
Зерцало дрогнуло, задышало прозрачно и нежно. Луч матового света в средней грани перебросился от одного берега Большой Реки к другому, побежал по Великому лесу, почти везде уже весеннему, расшитому узорами рек и озер. Помельтешил у пепла костров на лугу, изрытом копытами лошадей, и понесся дальше. Выхватил из туманца разбитое кочевье… истерзанные тела женщин, детей… порубленных мужчин… Дальше, дальше… и наконец остановился в воинском лагере.
Множество людей спали под навесами из веток со сложенными у изголовий доспехами и оружием. К рассветному небу взвивалось пламя костра. Несколько человек, зевая, копошились возле него. Налаживали рогули, таскали из озера воду в котлах. Кони гуляли в роще, вокруг лагеря неспешно ходили дозорные. Посредине возвышался чум, крытый вместо шкур полотном земляного цвета. Вход охраняли двое вооруженных стражей.
– Отдыхает ратаэш, – жадно всматриваясь в Зерцало, прошептал демон.
Но воевода не отдыхал. Вездесущий луч проник за откинутый полог. Трое людей сидели в чуме на бело-рыжих рысьих шкурах. На голове одного из них красовался отделанный золотом шлем. Он был молод, красив и капризными чертами лица напоминал Кинтея. Приземистый мужчина постарше, с внушительным носом, увенчанным большой черной бородавкой, разливал из кувшина в чашки знакомую бесцветную жидкость. Разговор, видимо, только собрался начаться.
– Долина окружена горами, – раздался высокий надменный голос человека в шлеме. – Нам это было известно, но разведчики доложили, что дорога перекрыта встроенными простенками и железными воротами. Придется брать приступом.
– Ты, как всегда, прав, Гельдияр, – подобострастно кивнул носатый, сверкнув хитрыми глазками. – Горы мечом не проломишь.
У людей с лисьим языком и глазами не бывает добрых сердец… Враги говорили на чужом языке, который стал почему-то понятным. Он отличался лишь звуками – с резким выдохом в концах твердо рубленных слов.
– Отчего же бой не повести сверху, с гор? – справился третий, дородный, с сизыми одутловатыми щеками. – Так ли уж неприступна естественная крепость?
– Ты попробуй, заберись на утесы, что торчат на берегах этой реки, – проворчал носатый, – а я погляжу, как лететь с них будешь. Не совсем уж дурни там живут, чтобы сверху нас каменным угощеньем не встретить.
– Упрямые йокуды, – вздохнул дородный.
– Сам сдеру с ботуров скальпы! – зарычал воевода, ударив себя кулаком по колену. – Сожжем всех живьем! Опрокинем очаги, опустошим каждое гнездо! Попьют крови мечи!
– Пир устроим с молочным коровьим мясцом, девок всласть пощекочем, – поддержал носатый мужчина. Блудливые глазки его разгорелись сальным огнем, широкие ноздри затрепетали, и чахлые усики под ними хищно вздернулись. Он их пригладил.
– Ай, дорвешься до девок-баб, Валах, – засмеялся дородный. – Опять крик до небес учинишь. Погоди ус крутить, отдохни. Недолго осталось, скоро начнется славная резня!
Погас, заплутал в гранях матовый луч… Погас в Зерцале, но зажегся внутри, понесся в аймаки Элен, и страшные картины проступили перед закрытыми глазами. Атыну хотелось схватить себя за горло и выпустить никчемный Сюр, бессильный что-то исправить. Мертвящий ужас все глубже проникал в разверстую рану. Сердце не могло вместить рухнувшее в него горе и готово было взорваться.
До того, силясь разобраться в малопонятных речах демона, Атын не думал о смерти. А она была рядом. Гибель близких, Элен, Орто, не таясь, с нескрываемым любопытством наблюдала за ним с Зерцала ледяными глазищами, очами-каплями смоляного озера, мигающими глазками мудреных устройств железного чрева Ёлю.
Атын обнаружил, что держит за локоть Соннука, а тот ногтями вцепился ему в ладонь. Он перехватил замерший, без слез и мыслей взгляд Илинэ. Так человек смотрит на камнепад, погребший под собою всех, кто мгновением раньше шел позади.
Сердце Атына вдруг стеснилось и перестало кровоточить, а сжавшись, расправилось снова и выдавило смертельный ужас, точно гной из чирья. Страх кончился. Атын отпустил локоть Соннука. Смущенный, близнец убрал свою руку. Оба замерли.
Решетчатую прорезь в стене робко трогали бледные утренние лучи. Легкая дымка строила в Зерцале бесконечные воздушные коновязи. Большой демон беседовал с маленьким.
– Кузнец-шаман изучит лазер и реализует новые принципы в его работе с применением волшебного камня, – говорил Странник. – С таким усилителем, как Сата, мощности нашего генератора сравняются с четвертью тяги Срединной земли.
Сидя на лежанке, карлик болтал ножками в нарядной обувке.
– Сомнительно, – усмехнулся он. – Электромагнитные поля разных частотных диапазонов, космическое излучение, локальные свойства электроники… Как объяснить варвару механизмы этих явлений?
– Время для него растяну. Разберется, с его-то джогуром. Двойник и тонгот помогут.
Белоглазый заметил, что эленцы стоят вместе у противоположной стены, и сокрушенно взмахнул ладонями:
