сразу после анонса — он привез на «Тщетную предосторожность» всю семью из Санкт-Петербурга. И «Сильфида» его никак не устроила. Он требовал компенсацию не только стоимости билетов на спектакль, но и четырех авиабилетов первого класса. Поэтому, конечно, чем скорее введут лондонского премьера на партию Колена, тем лучше.
— Пары репетиций, думаю, будет достаточно, — заявил Маноло. — Когда следующий спектакль?
— Через неделю.
— Успеем!..
… — Ты все никак не угомонишься? — вновь незнакомый номер, и вновь тот же безликий голос, ввергающий ее в оцепенение, словно шипение кобры. — Я, кажется, ясно тебя предупредил, querida! Почему ты до сих пор не выполнила мои требования?
— Левицкий вернулся в Москву.
— И что с того? Он вернулся, а ты все еще здесь. И у тебя новый партнер.
— Откуда вы знаете? — растерялась Анна.
— Это уже не имеет значения, — прошипел голос злобно. — Ты не выполнила мое условие.
— Я выполню! — закричала Анна. — Я клянусь вам! Не трогайте девочку!
— Нет. Ты думала, тебе удастся водить меня за нос до бесконечности?
— Умоляю вас! Я сегодня же выступлю с заявлением!
— Нет. Не сегодня. Сейчас. У тебя время до трех. Посмотри на часы. Анна бросила взгляд на запястье: — Час с четвертью. Я не успею.
— Успеешь. Директор Жоэль сейчас у себя. Тебе понадобится пять минут, чтобы дойти от гримерки до его кабинета. И если ты там не появишься в ближайшее время — девочка умрет.
— Я уже иду! — Анна поднялась с кушетки. — Дайте мне несколько минут.
— Время пошло, — она услышала гудки отбоя. Анна лихорадочно стала переодеваться — не могла же она появиться в кабинете директора в кимоно. Она уже была почти готова, когда в дверь постучали.
— Entrez!
— Анна, не уделите мне несколько минут? — в гримерку заглянул Маноло Кортес.
— Ради бога, мсье Кортес! — взмолилась Анна. — Не сейчас! Я очень тороплюсь.
— Я знаю, — кивнул танцовщик. — Вы собрались к директору Жоэлю. Хотите отказаться от контракта. Я здесь, чтобы помешать вам это сделать.
— Что?! — ахнула Анна. — Откуда вы знаете?!
— Я очень близко знаком с его светлостью герцогом Альба. Он очень помог мне в свое время.
— И что?!
— Он только что звонил мне. И просил вас остановить. Он сказал… Он сказал…
— Он сказал — что?
— Он сказал, что Тони Эвра мертва.
— Что?!
— Час назад нашли ее тело. Анна, я не знаю, кто это, но мне очень жаль.
— Я вам не верю! Почему Франсуа сам мне не позвонил?
— Он звонил. Но не смог дозвониться.
Анна схватилась за мобильник — два пропущенных звонка от Франсуа. На время репетиции она, как всегда, выключила звук. Какая ирония — она услышала вибрацию от звонка шантажиста, но не от звонка Франсуа.
— Я все равно не верю, — Анна опустилась обратно на кушетку. — Так не могли поступить с невинным ребенком.
— Позвоните его светлости, Анна, — посоветовал танцовщик. — Поговорите с ним.
Франсуа развеял ее последнюю надежду. Тело девочки было найдено на автозаправке близ Этампа. Бедняжка сидела на лавочке, словно отдыхая. В окоченевших руках она сжимала свежий номер «Пари Матч» — с фотографией Анны Королевой на обложке: «Вновь в «Тщетной предосторожности» — блистательная этуаль Пале Гарнье».
И вот Катрин снова на каменной скамье на мосту Неф, на той же, где маялась перед тем как броситься в воду. Как же она тогда не заметила, что за ней следят внимательные глаза — но она, затопленная отчаянием, ничего не видела вокруг. Вон там он стоял, оттуда наблюдал за нею… Она в растерянности огляделась. Серое небо, нависшее над городом, было готово вот-вот пролиться дождем. Он уже начал накрапывать. Со стороны Сите раздалось яростное рычание двигателя, и она с надеждой вскинула голову — на светофоре изготовился к прыжку огромный байк, и его всадник, перенеся тяжесть тела набок, терзал ручку газа, приводя в состояние шока прохожих и водителей автомобилей, притормозивших рядом. Опущенное забрало сверкающего шлема делало его похожим на героя фантастического боевика — Катрин наблюдала за байкером, не в силах оторвать глаз. И, видимо, он поймал ее взгляд, так как, когда светофор, наконец, переключился, он, вместо того, чтобы рвануть вперед, неторопливо въехал на мост и, легко
