Лежаве. Попробуем устроить мозговой штурм.
— Дело Грушиной захватить? Вчера следак у нас оставил, в сейфе лежит.
— Очень кстати. Встречаемся у начальства через час.
В назначенное время напарники ввалились в кабинет полковника. Тот их ждал.
— Садитесь! — ткнул он очками в сторону стола. — Давайте сюда, все что принесли и излагайте!
Виктор постарался изложить максимально подробно то, что им удалось накопать. И про связь Грушина с французской компанией, и про предполагаемый откат, и про смехотворные планы Маши Топильской отомстить за ее семью. Полковник слушал внимательно, не перебивая, традиционно складывая и раскладывая дужки новых очков. Когда майор закончил, Лежава, никак не прокомментировав, начал листать дело, вчитываясь в каждую бумажку.
— Ну, и какие версии? — наконец поинтересовался он.
— Основной версией было заказное убийство.
— Ты имеешь в виду Марию Грушину?
— Ну да.
— Хочешь сказать, Горский убил ее по заказу? И кто же ее заказал?
— Полагаю, муж.
— И как, по-твоему, он вышел на Горского? У вас есть доказательства, что они были знакомы?
— Косвенные.
— Майор, что за манера у тебя такая? — поморщился полковник. — Все вытягивать из тебя приходится.
— Тогда мне придется совершить экскурс в прошлое. Доказательств у меня нет, есть только подозрения и мутные факты.
— Факты вещь упрямая, даже если они мутные. С ними не поспоришь. Главное, чтобы за факты не принять подсунутую фальшивку.
— Итак… Все началось много лет назад, когда подругу Александра Гаврилова зверски изнасиловали истринские подонки. За это преступление никто не понес законного наказания. Тогда Гаврилов решил взять правосудие в собственные руки. Он сам наказал насильников.
— Каким образом?
— Известным. Они насиловали друг друга на глазах друг у друга.
— Я не о том. Каким образом он их заставил?
— Не знаю. Возможно, он получил помощь.
— От кого?
— Все ниточки ведут во Францию. В Фонд помощи жертвам насилия. Правда, нет никаких доказательств их причастности. Председатель Фонда отрицала даже сам факт знакомства с Гавриловым. Но ведь она могла солгать.
— Могла, — согласился полковник.
— Анна Королева утверждает, что Кортесу помогали ловить Рыкова.
— «Il vettore»? Я помню.
— Опять-таки, верить ей нельзя ни на грош.
— Согласен, — кивнул полковник. — Так что там дальше с Гавриловым?..
— Если ему оказали помощь в наказании преступников, то, вполне возможно, от него потребовали вернуть долг.
— Ты о бойне в Серебряном бору?
— Именно. Там что-то пошло не так. Рыкова казнить не удалось. Он был ранен, его потенциальный палач Кортес — тоже. Гаврилов почему-то Рыкова добивать не стал, а вывез его на «Мосгазе» — передвижном госпитале.
— А Кортес?
— Кортеса, живого или мертвого, вывезли другим способом — по реке. Но очень сомневаюсь, что это сделал Гаврилов сотоварищи.
— Тогда кто?
— Полагаю, за Гавриловым следили. Очень может быть, по приказу того же Фонда. По какой-то причине в нем не были уверены. И, когда Гаврилов сотоварищи покинули место преступления, там появился кто-то еще.
— Кто?
— Я пока не знаю. Но подозреваю, что это был… Горский.
— Почему?
— Потому что накануне ему звонили из Франции. С того же номера, что и позже. И номер этот принадлежит пресловутому Фонду.
Полковник вздохнул: — То, что в Серебряном бору присутствовал Горский, практически недоказуемо. Он не оставил следов.
— Все оставляют следы.
