Счастливы неимущие (Евангелие от Матвея)

говорил вам, что я не человек деталей. Я более точен в деталях, чем Березовский, но в целом не считаю себя человеком деталей.

В.: А заключили ли вы с господином Дерипаской соглашение обо всех ключевых условиях сделки во время этой встречи?

О.: Нет.

В.: Посмотрите, пожалуйста, на параграф 164 ваших третьих свидетельских показаний. Здесь вы говорите: «Заключив соглашение с господином Дерипаской по всем существенным условиям нашего слияния…» Я пытаюсь понять, почему, когда я вам сказал, что вы договорились о всех ключевых моментах, — вы с этим не согласились?

О.: Мы не достигли согласия относительно всех деталей. Мы договорились, но не вдаваясь в детали. С разрешения суда я расскажу, о чем мы договорились тогда и потом.

В.: Мы скоро к этому подойдем. Я пытаюсь понять, почему, когда я вам сказал, что вы договорились обо всех ключевых моментах, вы не приняли этот довод. Учитывая важность сделки по слиянию, господин Дерипаска очень хотел сразу зафиксировать в письменном виде основные условия и параметры сделки. Не так ли? Господин Булыгин в своих свидетельских показаниях об этом говорит. Вы согласны с этим?

О.: Я надеюсь, что господин Булыгин будет давать показания, поэтому он сам расскажет. Но я думаю, что основные параметры были согласованы. Вопрос — что в это включать? А я должен отвечать на предыдущий вопрос или нет? Просто мне два вопроса прозвучало, поэтому я не понял, о чем мы говорим сейчас.

В.: Давайте я тогда повторю то, что вы назвали первым вопросом. Учитывая важность сделки по слиянию, господин Дерипаска очень хотел как можно скорее, немедленно зафиксировать в письменном виде основные ключевые параметры и условия этой сделки. Вы согласны с этим?

О.: Тут надо термин ввести, что такое — «эта сделка». Если «эта сделка» — это все, что вокруг сибирских активов, то да. Мы должны были проблемные активы сразу описать, чтобы можно было начать работать, — это правда.

В.: Согласно тому, что говорит господин Булыгин, у него с собой был переносной компьютер. И когда вы все разъехались по домам, вы прошлись по всем условиям договоренности, и по ходу дела он все это дело записывал на своем компьютере на русском языке в качестве предварительного соглашения. Вы с этим согласны?

О.: Я спорить не буду, но нельзя так комментировать.

В.: Господин Булыгин также говорит, что после того, как он зафиксировал в письменном виде на своем лэптопе вашу договоренность, он распечатал ее, и это прямо на месте, сразу там же, и было подписано. Вы не оспариваете это?

О.: То, что это было распечатано и подписано, — я не спорю.

В.: То есть такое впечатление, которое создает господин Булыгин, состоит в том, что это заключение предварительного соглашения делалось им очень внимательно, с тем чтобы точно было записано все то, что было согласовано, учитывая то, что Дерипаска считал эту договоренность очень важной. И вот я хотел вам показать, что он конкретно по этому поводу говорит, и дальше предоставлю вам возможность прокомментировать. Показания господина Булыгина в папке Е-4. Я сейчас попрошу переводчицу, она вам это переведет.

Переводчик: Переговоры завершились где-то в 4 утра или 5 утра. Господин Абрамович предложил, что все они должны поехать к нему домой, в деревню Сареево, и отпраздновать слияние. У меня было, действительно, очень сильное такое впечатление, что сделка была закрыта. И нужен был какой-то документ сразу же по результатам этого соглашения. Ему, Абрамовичу, представлялось, что рукопожатия было достаточно. В ходе этих переговоров он был спокоен, расслаблен, несмотря на интенсивность переговоров. Я ехал в машине с Дерипаской к дому господина Абрамовича, где Дерипаска мне четко объявил, что ввиду значимости этой сделки он настаивает, чтоб соглашение, которого мы только что достигли, было немедленно в письменном виде…

О.: Кто хотел?

Переводчик: Что он, Дерипаска. Дерипаска ему сказал, что он хочет, чтобы это все было в письменном виде подписано. Соответственно с этим в доме господина Абрамовича мы еще раз прошлись по условиям договоренности. И по мере того, как мы обсуждали каждое условие, я его печатал на своем компьютере на русском языке, как такие отдельные параграфы или нормы соглашения, которые я назвал — «предварительный договор». Я могу подтвердить, что предварительный договор был подготовлен и отпечатан мной на русском языке. У меня больше нет компьютера, который я использовал, и поэтому у меня нет доступа к электронным экземплярам этого документа.

О.: Спасибо.

В.: В общем, Булыгин — это человек, которого вы вызываете для дачи показаний в качестве вашего свидетеля. Я правильно понимаю, что вы не оспариваете те показания, которые он здесь прописал?

О.: Я его вызываю в качестве свидетеля, и, в общем, его показания — это его показания, я с ними не спорю. Но вот мои показания, я с ними больше согласен. Ну он действительно очень честный человек. К сожалению, его здоровье сейчас может не позволить ему прийти, но я надеюсь, что он приедет и здесь будет выступать.

В.: Вот как вы вспоминаете то, что произошло в марте 2000 года? И в чем ваши воспоминания отличаются от воспоминаний Булыгина?

О.: Если мне правильно удалось понять на слух, то он говорит, что он печатал на компьютере, а потом в каком-то месте распечатал. Мне кажется, что