О.: А я не могу перечислить именно активы, которые он защищал. Но в основном проблема была с красноярской группой. Братский алюминиевый завод работал в принципе стабильно.
В.: Видите ли, господин Абрамович, если, как вы говорите, роль господина Патаркацишвили заключалась в том, чтобы обеспечить защиту вам ваших активов, то наверняка вы сказали бы ему, какие активы теперь должны будут сливаться с активами господина Дерипаски, а какие не будут.
О.: А в этот момент мы с господином Дерипаской еще не решили точно, что все активы будут сливаться, и мы не обсуждали еще, как это будет сливаться.
В.: А вы помните, чтобы вы говорили господам Березовскому и Патаркацишвили о том, что вы только вели переговоры об этой сделке с английскими юристами господина Дерипаски?
О.: А я не вел переговоры с английскими юристами. Я поэтому и сказать, мне кажется, этого не мог.
В.: Ну вы помните, чтобы вы говорили Березовскому и Патаркацишвили, что в Лондоне с командой Дерипаски проводились переговоры?
О.: Нет, я этого не говорил.
В.: А вы помните, чтобы вы говорили, что вы с Дерипаской договорились о том, что все ваши договоренности будут регулироваться английским правом?
О.: Я и не знал в этот момент об этом. Это не вопрос, что я бы скрыл это, я просто этого не знал. Мне совершенно все равно было, каким правом это будет регулироваться.
В.: Значит, господин Абрамович, я так полагаю, что вы наверняка обсуждали все эти вопросы с господам Березовским и Патаркацишвили в «Дорчестере». Вы оспариваете такую постановку вопроса?
О.: Да, я оспариваю. Я могу объяснить примерно обстановку, которая там была, и, может быть, это прояснит ситуацию.
В.: Если вы хотите представить какие-то дополнительные объяснения, да, пожалуйста.
О.: Когда мы приехали в отель «Дорчестер», — это было, по-моему, глубоко за полдень, — мы вошли в номер, и там был господин Патаркацишвили. Олег был, мягко говоря, удивлен. На самом деле он довольно злобно это воспринял. А потом мы долго ждали господина Березовского в этом номере. И такая вот тишина висела давящая. Олег несколько раз выходил и разговаривал по телефону. Когда пришел господин Березовский, — я уже не говорю, что это не было формальным митингом, потому что он был необычно одет, — но когда он пришел, беседа была довольно короткая. Поэтому обсудить вот эти детали мы не могли ни при каких обстоятельствах. Более того, я их сам не знал.
О.: Мое ощущение, что минут 20–30. Может быть, чуть больше, но я не могу точно сказать. Это была недлинная встреча, мы пытались разрядить обстановку, как-то вот наладить отношения, но так, чтоб деловые вопросы обсуждать, там некому было это обсуждать.
О.: Я ничьи показания под сомнение не ставлю, я говорю, что это мое ощущение. Что мне ожидание показалось очень долгим, а сама встреча довольно короткой. Дело в том, что я привык господина Березовского ждать, и я его ждал подолгу и часто. А вот Олегу это пришлось в первый раз, мне кажется. Поэтому как-то это было все неловко. Я его пригласил, и мы ждем. Еще Бадри, которого он видеть не хотел. И это все выглядело неприятно, хотя в целом мы сгладили, в конце концов все было хорошо.
В.: Господин Абрамович, вы хотите показать, что после того, как вы просидели неделю в Лондоне, прилетели в Москву, очень быстро сели на самолет и обратно полетели в Лондон для того, чтобы обсуждать слияние с господином Березовским, — вы хотите сказать, что после всего этого на этой встрече с Березовским на самом деле ничего не говорилось по сути?
О.: Что вы имеете в виду под «сутью»? Суть: что — да, будет слияние, суть — что будут погашены долги, суть — что Бадри получит самолет, суть — что вот этот вот… Мы вот эти вещи обсудили. Суть — что надо прекратить всякое противостояние, что все закончено, все, новая жизнь. Вот это суть. А обсуждать, право какое, — вот это уж точно не суть. Ну, с моей точки зрения.
В.: Я хотел бы вам сказать, что на самом деле слияние обсуждалось значительно более подробно, чем вы пытаетесь представить, но вы с этим не согласны. Также было в «Дорчестере» согласовано между вами, Березовским и Патаркацишвили, что вы будете управлять делами партнерства в рамках слияния с Дерипаской. И когда я говорю о партнерстве, я имею в виду партнерство между вами, господином Березовским и господином Патаркацишвили. Вы с этим согласны?
О.: Не согласен.
В.: Хотел бы также вам сказать, что вы также договорились с Патаркацишвили и с Березовским о том, что все договоренности между вами тремя, равно как и ваши договоренности с Дерипаской, будут структурироваться офшорно, и регулироваться они будут все английским правом.
О.: Нет, это не так.
В.: Вы также договорились о том, что, хотя Березовский и Патаркацишвили формально не будут записаны как зарегистрированные акционеры в той новой компании, которая будет создана в новом юридическом лице, вы будете держать доли по 25 % Березовского и Патаркацишвили в трасте для них. Вы
