прикосновение, вдруг запрокинул голову и закричал. Капитан сжал золотой наплечник, изо всех сил стараясь успокоить полубога.
Лоргар продолжал кричать в равнодушное небо, и его оглушительный вопль длился куда дольше, чем могли бы позволить легкие смертного человека.
А когда крик отчаяния все же затих, примарх набрал пригоршни пепла и дрожащими пальцами размазал по лицу прах.
Раздался негромкий, но настойчивый голос Ксафена:
— Ультрамарины наблюдают за нами. Надо увести его в безопасное место.
По пепельной маске Лоргара протянулись неровные дорожки. Двое воинов объединили свои силы в попытке поднять золотого гиганта на ноги. К их удивлению, он оказался не таким слабым, как можно было ожидать. Лоргар сплюнул на сожженную землю и с их помощью поднялся во весь рост. Оба Астартес заметили, что его конечности еще дрожат, но никто из них не проронил ни слова об этом.
— Жиллиман.
Примарх с нескрываемой злостью произнес имя своего брата. Одно движение плеч отбросило в стороны Аргел Тала и Ксафена.
Взгляд Лоргара снова наполнился смыслом. Его взгляд был прикован к Жиллиману — настолько же бесстрастному, насколько возбужденным был сам Лоргар.
— Ты доволен? — усмехнулся повелитель Несущих Слово. — Ты рад видеть мой позор?
Жиллиман не отвечал, но Лоргар не собирался отступать.
— Тебе это нравится? — настаивал он. — Тебе нравится смотреть, как все мои труды растерты в пыль, когда все похвалы отца достаются тебе?
Жиллиман медленно вздохнул, но остался таким же невозмутимым. Он заговорил так, словно не слышал вопросов Лоргара:
— Наш отец поручил мне передать тебе еще кое-что.
— Так говори и убирайся отсюда.
Лоргар нагнулся и поднял с земли свой крозиус. С шипов потекли струйки пепла.
— Здесь стоят пять воинов Легио Кустодес. — Примарх Ультрамаринов кивнул в сторону телохранителей Императора. — Еще пятнадцать находятся на моем флагмане. Отец приказал им сопровождать тебя, брат.
От этого финального оскорбления Аргел Тал даже зажмурился. После стояния на коленях в пепле, после слов Императора о тщетности всех их достижений… Еще и это.
Лоргар презрительно расхохотался:
— Я отказываюсь. Они мне не нужны.
— Наш отец считает иначе, — возразил Жиллиман. — Эти воины станут его глазами в твоем легионе, когда вы вернетесь к Великому Крестовому Походу.
— А к тебе наш отец не засылает ищеек? Или они уже обосновались в твоем драгоценном Ультрамаре и докладывают ему о каждом твоем шаге? Я вижу на твоих губах улыбку. Никто другой не знает тебя так хорошо, как я, брат. Твои сыны могут не заметить удовлетворения в твоем взгляде, но я не слепой.
— Ты всегда отличался богатым воображением. И сегодня это доказал.
— В моей набожности моя сила. — Лоргар стиснул безупречно ровные зубы. — А у тебя нет ни сердца, ни души. — Ангельские черты исказила презрительная ухмылка. — Я молюсь, чтобы тебе когда-нибудь довелось испытать то же, что чувствую сейчас я. Как ты будешь улыбаться, если один из миров Ультрамара погибнет в пламени? Тарентус? Эспандор? Калт?
— Тебе пора возвращаться к своей флотилии, брат. — Жиллиман развел скрещенные на груди руки, открыв золотую аквилу, украшавшую его нагрудник. Распростертые крылья орла сверкнули, отражая свет солнца. — Тебе многое предстоит сделать.
Удара никто не увидел. Но воздух зазвенел от удара металла о металл, подобного звону огромного соборного колокола. Это было почти великолепно.
Примарх лежал в пыли, окруженный своими воинами. Никому из присутствующих еще не доводилось видеть ничего подобного. Аргел Тал мгновенно поднял свой болтер и нацелился в Ультрамаринов, которые, со своей стороны, в точности повторили его движение. Сотня стволов обратилась против ста тысяч. Седьмой капитан смог заговорить только после третьей попытки.
— Не стрелять, — приказал он по общему вокс-каналу. — Не стрелять раньше, чем они откроют огонь.
Лоргар положил свою огромную палицу-крозиус на золотое плечо. Оскалившись, он обернулся к поверженному повелителю Макрагге, и в его взгляде мелькнуло непонятное выражение.
— Ты больше никогда не посмеешь надо мной насмехаться, брат. Это понятно?
Движения поднимавшегося Жиллимана казались неуверенными. Золотой орел на его броне раскололся, и символ перечеркнула глубокая трещина.
— Ты зашел слишком далеко, — раздался негромкий голос. Малькадор, Высший лорд Терры, все так же сжимал свой жезл. Только с его помощью он
