От этой мысли у Лоргара похолодела кровь. Собрание воюющих богов.
— Понимаю.
— Нет, — произнесла первая голова, — не понимаешь.
— Но поймешь, — кивнула вторая. — В грядущие десятилетия.
— Я принес тебе выбор, — добавила первая голова. — Встретиться с Жиллиманом и сразить его.
— Или оставить его в живых и вкусить позор поражения, — закончила вторая.
Лоргару захотелось рассмеяться, но его веселье сдерживало ползучее ощущение тревоги.
— И какой же это выбор?
— Дело в Калте, — отозвались обе головы. Теперь одна из них безмолвно плакала, а клюв другой расплылся в злобной ухмылке. Способна ли птица ухмыляться? Эта каким-то образом ухитрялась. Лоргар мог лишь смотреть.
— Ты должен выбрать между путями личной славы и божественной судьбы, — сказала первая голова.
Роняя хрустальные слезы, заговорила вторая.
— Ты должен выбрать, станешь ли ровней своим братьям, избрав целью месть, или же потрудишься во имя богов, вкусив позора ради более великой победы.
— Я не тщеславен, — Лоргар ощущал боль в сломанных ребрах, которые медленно срастались под броней и плотью. — Я ищу просвещения своего рода, а не личной славы.
— К концу этой войны у тебя будет много шрамов, — первая голова склонилась в странном уважении.
— Или же ты умрешь, — кивнула вторая, — одним из тысячи способов.
— Переходи к сути, существо, — процедил Лоргар сквозь зубы.
— Калт, — провозгласила первая голова. — У тебя будет шанс — единственный шанс — пролить кровь Жиллимана. Так записано среди звезд руками богов. Если ты встретишься с ним на Калте, то сразишь его.
— Однако проиграешь войну, — сказала вторая. — Ты заслужишь уважение и благоговение братьев. Насладишься местью. Но твоя священная война остановится. Оборону Императора усилит слишком много защитников, приведенных туда жребиями, которые в ином случае не выпадут. Ты можешь никогда не достичь Терры.
Лоргар отвернулся от демона, покачав головой в изумлении от предложения. Остатки плаща хлопали на ветру, словно изуродованные крылья.
— Это пророчество? Если я сражусь с Жиллиманом, мне суждено победить, однако я утрачу все, чего стремился достичь?
Первая голова демона закашлялась и сплюнула толстую нитку кровавой слюны. Пока она кашляла, заговорила вторая.
— Это пророчество. Лоргар, ты не всегда будешь заблудшим — слабейшим из братьев. Ты найдешь силу в этой вере. Обретешь пламя и страсть и станешь той душой, которой был рожден. Поэтому-то Жиллиман и умрет у твоих ног, если ты решишься на это. Сразись с ним на Калте и окончишь схватку с его кровью на лице. Ты жаждешь этого временного триумфа, и он может стать твоим.
Первая голова неожиданно дернулась, воззрившись на него птичьими глазами-бусинами.
— Однако цена высока. Чтобы осуществить это будущее, ты будешь на Калте вместо того, чтобы находиться там, где ты более всего будешь нужен своему роду в предначертанный час. Если ты сразишься со своим братом Жиллиманом, предпочтя человеческую честь судьбе вашего вида, то убьешь его. Но сделав это, ты похоронишь свои надежды освободить человечество от невежества.
— Я повторяю — это не выбор.
Обе головы рассмеялись.
— В самом деле? Ты человек, независимо от того, хочешь ли это признавать. Ты раб людских эмоций. Невзирая на собственную мощь, примархи далеки от совершенства человеческого предназначения.
— Придет время, — скрипнув клювом, весело улыбнулась первая голова, — когда гордость и страсть велят тебе уничтожить Короля-Воина Ультрамара.
Вторая согласно кивнула.
— Но выверяй равновесие, сын Императора. Миг личной славы, который докажет братьям твое господство… Или же созидание пути для будущего вашего рода. Все пророки приносят жертвы, не правда ли? Твоя будет такой.
— Если, — закончила первая, — ты проживешь достаточно долго, чтобы принести ее.
Какое-то время Лоргар молчал. Он слушал, как ветер играет с его изорванным плащом и увядшими перьями крыльев демона.
— Покажи мне, — тихо проговорил он.
Корабль пылал.
Вокруг него на палубе лежала сотня мертвых смертных и павших Ультрадесантников. Стены стратегиума содрогались, давая выход давлению воздуха
