— Вар, отведи куда-нибудь Ибн Русте.
— Куда, Скарсси?
— Я думаю, его сразу после высадки надо было отправить в тихую комнату.
— В самом деле, Скарсси? В тихую комнату?
— Да, Вар! — резко бросил Скарссен. Потом повернулся к Владыке Гуннов. — Какие-то проблемы?
Владыка Гуннов пожал плечами и усмехнулся, издав короткое утробное урчание леопарда.
— Вальдор особо подчеркнул, чтобы мы не совершали никаких провокаций, но мы ведь подчиняемся не его приказам, верно, жрец?
Вюрдмастер неторопливо наклонил голову:
— Как тебе будет угодно, Владыка Гуннов.
— Мне здесь вообще ничто не угодно. Даже просто здесь находиться и то не угодно. Мне не нравится предмет этого совета, не нравится, что ставки так высоки, не нравится дьявольское политиканство и хождение вокруг да около. Но вот запереть этого коротышку в тихой комнате доставит мне некоторое удовольствие.
Все Волки в зале рассмеялись. Хавсера пробрала дрожь.
— Сюда, — позвал его Варангр.
Герольд Фиф направился к выходу, но Вюрдмастер задержал Хавсера:
— Мне говорили, что ты был с Длинным Клыком, когда его нить оборвалась.
— Да, я был с ним.
— Не забывай, куда он тебя ведет, — посоветовал Вюрдмастер. — Он увел бы тебя и дальше, если бы осмелился.
Варангр и Хавсер покинули зал и стали спускаться по тоннелю к загадочной «тихой комнате». Едва они шагнули в проход, как Хавсер ощутил тошноту.
— Достает до самых кишок, верно? — самодовольно спросил Варангр. — Как нож. Нет, как раскаленное клеймо.
— Что это?
— Это они, — ответил герольд, как будто этого было достаточно.
Пол тоннеля дрожал от тектонического гула, за стекловидными стенами полыхали оранжевые потоки лавы. У Хавсера перед глазами все расплывалось. Чтобы не упасть, он, не обращая внимания на опасность обжечься, прислонился к стене тоннеля.
— Ты привыкнешь, — заверил его Варангр. — Даже не знаю, что хуже: ощущать их присутствие или чувствовать их противодействие.
В конце тоннеля из-под потолка на них смотрел глаз оберега.
Они прошли под ним, и Варангр направил Хавсера в просторную квадратную комнату, лишь немного уступавшую по величине залу, в котором остались фенрисийские ярлы. Пол здесь образовывал слой серой пирокластической породы, а свет от раскаленной лавы проникал сквозь стены и потолок. На серых каменных блоках, высеченных из пластинчатых глыб, сидели шесть фигур. Как только Варангр и Хавсер появились у входа, все они одновременно встали и повернулись в их сторону.
— Можешь закусить. — Варангр показал на поднос, стоявший на каменном блоке поменьше.
На подносе лежали сухие пайки, стояли кувшин с нагревшейся водой, фляга с мьодом и блюдо, закрытое крышкой. Хавсер по запаху сразу определил, что под крышкой находится сырое мясо, которое уже начало портиться от такой жары.
— Располагайся, — бросил ему Варангр и ушел.
Хавсер стал рассматривать стоящие перед ним фигуры.
Все они были высокими, выше, чем он сам, и все были женщинами, одетыми в искусно украшенные доспехи с высоким воротом. В свете вулканической лавы их броня казалась золотой либо бронзовой. Несмотря на жару, на каждой из женщин был еще и длинный плащ из роскошной темно- красной ткани. С поясов и пластин брони свисали тонкие пергаменты, манускрипты и молитвенные свитки, прикрепленные алыми восковыми печатями и лентами. Каспер Хавсер мог перечислить несметное количество основательных исторических исследований на тему огромного значения и применения молитвенных лент. Он хорошо знал, каким важным и психофизически мощным считалось записанное слово в примитивных культурах. Во многих древних человеческих цивилизациях молитвы, заклинания или проклятия, записанные обрядовым способом и прикрепленные к человеку во время ритуала, считались наделенными сверхъестественной силой. Они оберегали своего владельца, отводили от него зло и привлекали удачу, а также превращали желаемое будущее в реальность.
То, что у этих женщин, словно у пилигримов древности, имелись подобные украшения, казалось Хавсеру самым ярким признаком язычества, какой он когда-либо видел в своей жизни. Учитывая довольно долгий период, проведенный им с Влка Фенрика, это говорило о многом. Обитателей Фенриса формировал суровый климат планеты. Эти женщины обладали холодной привлекательностью, а их оружие и доспехи явно были продуктом высоких технологий Терры. Каждая держала длинный серебристый меч — силовой клинок невероятной красоты. Острия мечей упирались в пол у ног женщин.
