голову.
— У нас могут быть проблемы, — говорит он. — Появились новые лица.
Атхарва заметил, что Тагоре поднялся со скамьи и скованной походкой направился к тому месту, где они все собрались. Его аура полыхала жарким гневом и жаждой крови. От одного только прикосновения к его разуму пробудилась собственная агрессивность Атхарвы, и, чтобы справиться со своими эмоциями, ему пришлось войти в низшие уровни Исчислений.
— У нас есть шанс улететь с Терры, — сказал Ашубха подошедшему Тагоре.
Сержант Пожирателей Миров, все еще бледный от злости, кивнул, не разжимая зубов.
— Как? — сумел пробормотать он.
— Расскажи ему, — попросил Атхарва Палладия Новандио.
— На вершине той скалы расположено поместье Вадока Сингха, военного архитектора Императора, — заговорил Палладий. В его голосе зазвучала такая горечь, что Атхарва внутренне поежился. — Он руководит всеми строительными работами во Дворце, наверно, потому и выбрал себе жилье на такой высоте.
— И что? — спросил Тагоре, окутанный раздражением, словно усеянной шипами броней.
— Военный архитектор предпочитает обозревать самые крупные сооружения с орбиты, — пояснил Палладий.
Этот человек очень не хотел их отпускать, и только проницательность Атхарвы вынудила его поделиться этой бесценной информацией.
— Теперь ты понимаешь? — воскликнул Севериан.
— У него есть судно, способное выйти на орбиту? — спросил Тагоре, чей гнев трансформировался в заинтересованность.
— Да, есть, — подтвердил Палладий.
— Мы сможем вырваться из этого мира, — обрадовался Шубха и стукнул кулаком по ладони.
— Более того, — добавил Ашубха. — Если мы доберемся до одной из орбитальных платформ, есть шанс попасть на борт корабля с варп- двигателем.
— Итак, договорились? — спросил Атхарва, искоса поглядывая на Палладия Новандио. — Двигаемся к Исстваану?
— К Исстваану, — согласился Тагоре.
— К легиону, — одновременно добавили братья-близнецы.
— Значит, к Исстваану, — сказал Севериан. — Я разведаю дорогу к вилле архитектора.
Атхарва кивнул, и Лунный Волк выскользнул через заднюю дверь храма и исчез в темноте.
— Куда вы отправитесь, когда покинете этот мир? — спросил Палладий Новандио, не в силах скрыть разочарования. — Вы не хотите остаться здесь? Где же еще обитать Ангелам Смерти, как не в посвященном Смерти храме?
Тагоре резко развернулся к старику и приподнял его над полом.
— Я должен бы убить тебя за то, что в этом месте пустила корни ересь! — зарычал Пожиратель Миров. — Ты называешь этот дом храмом, и люди находят в нем своих богов.
— Тагоре, о чем ты говоришь? — спросил Атхарва.
Тагоре держал Палладия Новандио на вытянутой руке с каким-то брезгливым выражением, словно опасную гадину.
— Он проповедует ложную веру. Это не место для поминовения, а настоящая церковь, где Императора считают каким-то божеством. Все это, все, что он нам говорил, ложь. А сам он главный проповедник. Сейчас я его убью, и мы отправимся в путь.
— Нет! — крикнул Палладий. — Здесь ничего подобного нет, я могу в этом поклясться.
— Лжец! — взревел Тагоре и замахнулся кулаком.
Не успел он нанести смертельный удар, как двери храма распахнулись, и на пороге, освещенные снаружи сотнями фонарей и факелов, появились две огромные фигуры. Вместе с ними порывом насыщенного пеплом ветра ворвался страх, и в то же мгновение Атхарва ощутил хищные мысли охотников, притаившихся за стенами храма.
В одном из нападавших он узнал Гхоту, которого видел в схватке у дома Антиоха, а от громадного силуэта второго воина у него перехватило дыхание.
Гигант казался громадным даже по сравнению с Гхотой, он был выше Тагоре и шире в плечах, чем погибший Джития. Пластины его доспехов отливали бронзой и непроницаемой чернотой. Этот гигант, похожий на воинов древности, чувствовал себя в доспехах так, словно в них и родился. На боку у него висел болтер, давным-давно снятый с производства, а за спиной торчал меч с широким лезвием.
— Я громовой лорд, — произнес Бабу Дхакал. — И у вас есть то, что мне нужно.
