Захариэль тотчас заметил представившуюся возможность и ринулся вперед, расчищая себе путь кулаком и плечами, не обращая внимания на то, что своими ударами может кого-нибудь покалечить.
Вслед ему неслись гневные выкрики, но он игнорировал ругательства и изо всех сил старался догнать свою добычу.
Человек снова попытался пробиться через толпу, но люди, встревоженные неожиданным натиском незнакомца, сплотились вокруг него и образовали непреодолимый барьер рассерженных лиц и злобных голосов.
Захариэль, вытянув руку, схватил незнакомца за плащ и резко дернул, лишая равновесия. Тем временем свет в небе все разгорался, окутывая поверхность золотистыми бликами, и уже казалось, что над их головами показался пылающий сгусток.
— Отстань от меня! — зарычал незнакомец.
Из-под распахнувшегося плаща блеснули сверкающие доспехи. Как и опасался Захариэль, перед ним был рыцарь Ордена.
— Я не позволю тебе этого сделать! — крикнул Захариэль и обрушил в лицо человека сильнейший удар левой рукой.
Тот отлетел назад, но стена людских тел не дала ему упасть.
— Ты не понимаешь! — протестовал человек, пытаясь ускользнуть от Захариэля. Толпа в испуге немного расступилась, Захариэль подскочил вплотную к противнику, и они сошлись в рукопашной. — Это должно быть сделано!
Рыцарь был крупнее и выше юноши, а также намного опытнее, но раскрытие замысла лишило его уверенности. Он повернулся, снова пытаясь вырваться, плащ соскользнул с плеча, и Захариэль увидел, что за спиной у него висит холщовый мешок, в котором явно находится что-то тяжелое. Ноша сковывала движения рыцаря и, несмотря на весь опыт и превосходство в физической мощи, не позволяла ему действовать эффективно. Захариэль снова нанес удар в лицо, так что сломал противнику нос, и струйка крови крутой дугой взметнулась в воздух.
Люди вокруг испуганно закричали, а Захариэль, зацепив ногой колено незнакомца, резко толкнул его плечом в грудь.
Рыцарь упал, увлекая за собой и Захариэля, оба покатились по земле, не прекращая осыпать друг друга ударами. Матерчатый мешок от тяжести груза и резких движений порвался, и на землю со звоном вывалились шесть цельнометаллических матовых дисков.
Они выглядели довольно просто, каждый был около тридцати сантиметров диаметром и несколько сантиметров толщиной, на одной стороне каждого диска имелась ребристая рукоятка. Хотя Захариэль и не помнил, как называются эти предметы, он все же провел достаточно много времени с инструкторами Империума, чтобы узнать пиктографические символы на их поверхности, означавшие взрывоопасность.
При падении на землю Захариэль локтем ударил рыцаря в челюсть, а потом он еще добавил удар по щеке правым кулаком.
— Все кончено! — закричал юноша. — Это же просто разговоры! Вы должны были остановиться!
Противник не мог отвечать, поскольку все его лицо превратилось в кровавое месиво, освещенное золотистым сиянием с небес. Но, несмотря на повреждения, его глаза внезапно широко открылись от удивления и наполнились слезами.
Захариэль невольно повернул голову, чтобы понять, что привлекло внимание избитого рыцаря, и от неожиданности сам открыл рот: с небес к земле плавно приближался целый город.
Напоминающий оторвавшуюся от базальтового хребта горную вершину, город сиял разноцветными огнями, а его размеры превосходили все вообразимые пределы. Гигантский золотой орел с распростертыми крыльями венчал нос города-корабля, а на корме могучими башнями высились оборонительные укрепления, похожие на величественные сталагмиты.
Противник еще слабо сопротивлялся под Захариэлем, но на их схватку уже не обращали внимания, взгляды толпы были прикованы к колоссальному кораблю над Калибаном и стае судов меньшего размера, круживших рядом.
Над планетой пронесся внезапно налетевший вихрь. Неизвестно, какая сила удерживала в воздухе огромное сооружение, но она вызывала мощный поток воздуха.
Захариэль увидел перед собой чью-то тень и поднял голову. Над ним угрожающе нависла массивная темная фигура.
Астартес…
Хотя в наружности воина ничего не изменилось, Захариэля внезапно охватил непреодолимый ужас перед его физической мощью.
До сих пор Астартес были добродушными гигантами, хотя и обладающими нескрываемым потенциалом силы, но теперь эта сила проявилась в полной мере. Бронированная перчатка сомкнулась на шее Захариэля и оторвала его от противника. Его ноги повисли в воздухе, воздух перестал поступать в легкие, а давление на горло еще возрастало.
Колоссальная мощь Астартес была уже известна всем, и Захариэль ничуть не сомневался, что гигант способен одним незаметным движением сломать его шею, словно сухую ветку.
Слабеющий взгляд еще заметил других Астартес, бесцеремонно схвативших его врага.
— Мидрис, кого ты поймал? — спросил один из подошедших.
Астартес взглянул прямо в глаза Захариэля, и тот, уже теряя сознание, ощутил, как ненависть воина огнем прожигает красные линзы его шлема.
— Предателей, — бросил Мидрис.
