Последним движением он сломал шею трупу и бросил его на палубу у своих босых ног.
— Я правосудие! Я наказание! И я… сдаюсь.
Он сидел один в кромешной темноте, прислушиваясь к медленному ритму собственного дыхания. Ощущение ясности охватило его и вместе с ним чувство концентрации, которое избегало его в последнее время. Теперь ему снились не мертвецы, но бесконечная ночь между мирами. Глубочайшая пустота, в которой тысячи угроз скрывались от света солнц. Владения ксеносов и монстров, изгнанных благодаря Великому крестовому походу, всё ещё нужно было уничтожить раз и навсегда. Настоящая угроза человечеству. Наконец он снова услышал голос девочки.
— Яго, ты всё ещё жив?
И во тьме своей камеры Севатар улыбнулся.
Энди Смайли
Герольд Сангвиния
Сангвиний — примарх легиона Кровавые Ангелы
Лев — примарх легиона Тёмные Ангелы
Азкаэллон — командующий Сангвиниарной гвардии
Хакаил — ветеран Сангвиниарной гвардии
Аратрон — ветеран Сангвиниарной гвардии
Сардон Караашисон — легионер Железных Рук
То, что знают двое, узнают все.
Эта истина стара как мир. И гораздо безжалостнее. Она разрушает узы Легиона, именно благодаря ей я стою здесь, мой клинок нацелен в горло моего брата.
Его зовут Хакаил, это последний раз, когда звучит его имя — почётного ветерана Сангвиниарной гвардии, доблестного чемпиона Ваала. Сейчас он лишится всего, что стяжал, его слава, деяния — всё это будет забыто, даже имя не впишут в литанию Героев.
Хакаил стоит передо мной, подбородок поднят — к его чести ветеран приветствует свою судьбу, глаза полны уверенности. Он чувствует мои сомнения.
— Долг требет этого, Азкаэллон! Не бесчести себя милосердием!
— Кровь защитит тебя.
Одним ударом я обезглавливаю брата, он умер ещё до того, как тело коснулось пола. Я поворачиваюсь к второму гвардейцу — Аратрону. Его челюсть сжата, внимание сосредоточено на хворосте в руке.
— Это не та судьба, которую желали, те, кто жил и умер здесь.
Азкаэллон вкладывает меч в ножны.
— Твой поступок, как и его, привел тебя сюда. Но в конце, Аратрон, будут иметь значение только наше мастерство и наше рвение.
Ветеран не ответил, но его лицо покрылось морщинами. Редко, когда воины доверяют свою судьбу другому. Мы видели много случайных смертей.
— Не заблуждайся — ты умрёшь, как и он. Твоя жизнь закончится здесь, а имя никогда не будет произнесено или услышано. Мой клинок не вкусит твоей плоти, а судьба будет скреплена печатью и закончится под молотом оружейника.
Я подхожу к жаровне в углу и опускаю шлем. Огонь лижет мою латную рукавицу, но она едва тлеет. Лицевая пластина шлема — искусно выполненная маска, копия лица нашего отца, я благоговею перед внимательным взором Сангвиния. Я поворачиваюсь к Аратрону.
— Ты готов?
Он кивает и встает на колени передо мной.
— Кровь даст тебе силы претерпеть!
Я вжимаю маску в его лицо.
