— Паль, сушь, пыль, сушь, нет воды, лишь пыль и тьма! — завопил астропат высоким пронзительным голосом. — Тьма внизу, тьма у источника мира, и око за его пределами, внутреннее око смотрит и ищет и знает…
— Халаким! — проревел имя Лик, громогласный голос прокатился по комнате.
Кулок дёрнулся назад, словно его ударили. Астропат скрючился, задрожал и перестал бубнить.
— Моё имя… — вымолвил астропат. — Где… Что…
— Астропат Халаким, — повторил Лик, понизив голос. — Я — маршал Лик из седьмого легиона Астартес. Мне нужно, чтобы вы меня выслушали.
Астропат задрожал и замер. Провалы глазниц уставились на Лика, у космодесантника возникло чувство, будто человек видит его насквозь.
— Я слышу тебя, сын камня, — сказал Халаким ровным голосом.
— Ты знаешь, где ты?
— На Талларне, во всяком случае, я там был.
— Ты всё ещё на Талларне, — сказал Лик. — Мир погиб, а вы последний из своего вида здесь.
— Пыль… — произнёс старик. — Я видел пыль, несомую ветрами.
— Те, кто сохранил верность Империуму должны узнать о произошедшем здесь. Они должны знать, что Железные Воины здесь. — Лик услышал, как рядом с ним Кулок шумно выдохнул.
Халаким задрожал.
— Я … — забормотал он. — Ветер, ночь… Это потребует…
— Чего бы это ни стоило, слово должно добраться до них — Лик увидел, как астропат склонил голову.
— Я… — начал было астропат. — Чтобы спроектировать форму сообщения требуются приготовления. У меня нет источника смысла.
Лик расстегнул замки на правом запястье и снял перчатку. Он взялся за ледяную руку астропата. Электрическое покалывание пробежало по его нервам.
— Бери то, что поможет тебе понять.
Халаким вздрогнул. Зубы его обнажились. Внутри Лика загорелся огонь. Из уст астропата вырвалась дымка. Боль ударила по мыслям Лика. В их сцепленных руках продолжала падать температура. Их мысли смазались, перемешались, растеклись как горящее масло на ледяной воде.
Он был мальчиком, смотрящим в мысли тех, кто танцевал вокруг него в сиянии…
Он был воином, стоявшим на стенах Катулона, снаряды автопушки рвали монстров внизу…
Он был неофитом в одеяниях, падающим на колени с глазами, выкипающими под взором существа, которое не было богом, но было гораздо большим, чем просто человек…
Он стоял на палубе «Света Инвита», когда абордажные капсулы Железных Воинов пробивали корпус…
Он…
… держал руку Халакима, по телу бегали мурашки.
— Я получил достаточно, — сказал астропат. — Я отправлю сообщение.
Лик кивнул и поднялся. Глухой грохот прокатился по воздуху, и потолок содрогнулся.
— Я дам тебе столько времени, сколько смогу, — ответил Лик, поворачиваясь к выходу из комнаты.
— Это было оно, так ведь? — раздался за его спиной голос Кулока. Лик не остановился. Он вытащил плазменный пистолет и проверил зарядные контуры. — Эвакуация не планировалась, да? Вы пришли сюда ради астропата и только ради него. Мы не выживем.
Лик помедлил и посмотрел на человека.
— Слово должно уйти. Судьба Талларна должна быть услышана, — сказал он. — Ты хорошо послужил Императору. Тебя будут помнить.
Кулок встретил взгляд Лика, а потом покачал головой.
— Нет, — ответил он и пошёл следом за космодесантником, — не будут. Но я встану рядом с тобой.
Кулок натягивал хим. защитный костюм. Тот прилипал к коже. Шланг с воздух защёлкнулся на штатном месте, и прохладный воздух дунул в лицо. Он проверил ремни, удерживавшие баллон с воздухом на спине и взял дробовик. Двенадцать сплошных зарядов, он сомневался, что сможет перезарядить дробовик руками, одетыми в неуклюжие перчатки костюма. Кулок фыркнул про себя. Когда убийственный воздух Талларна попадёт в убежище, ему вряд ли хватит времени, чтобы полностью израсходовать обойму.
— Что происходит? — спросил Сабир. Кулок не слышал, как префект вошёл в оружейную. — Что ты делаешь? — Кулок повернулся и протиснулся мимо Сабира. — Что…
Кулок посмотрел на него, и мужчина отступил назад, моргая. По щекам префекта катились слёзы. Он посмотрел какое-то время в сверкающие глаза старика, повернулся и побежал.
Он добрался до воздушного шлюза и нашёл стоявшего возле двери Лика. Меч воина был обнажён, во второй руке был зажат пистолет.
Раздался грохот, сквозь стекло иллюминатора пробилась вспышка света. Пыль, словно мелкий снег, полетела с потолка.
