Я вылез из спидера и отвел ее к стене сада. Вессоринец наверняка слышал, как она назвала меня по имени.
— Этот человек связан, словно проклятый цигнид! — возмутилась Креция.
— Этот человек убил бы меня, представься ему такая возможность. Он связан ради нашей общей безопасности. Я должен допросить его.
Креция впилась в меня сердитым взглядом. Она переоделась в длинное платье из синего атласа с эпиншировой вышивкой. Ее соломенного цвета волосы были собраны на затылке в тугой узел и закреплены двумя золотыми булавками. Она была красивой и надменной, точно такой же, какой я запомнил ее. Мне всегда нравились ее высокие скулы, красивый рот и бледно-карие глаза, в которых отражался интеллект и горела страсть. Правда, с момента нашего появления в них пылала только ярость.
— Словно цигнид, — повторила она. — Я не позволю ничего подобного в моем доме…
— Тогда что ты предлагаешь? У тебя найдется надежное и безопасное помещение, в котором его можно содержать?
— Предоставить тебе камеру для него? Ха!
— Либо так, либо он останется в спидере.
Она задумалась, а затем произнесла:
— Я прикажу Фейбсу разобрать одну из кладовок наверху.
— И чтобы никаких окон.
— Во всех есть чертовы окна! Но в той кладовке только небольшое вентиляционное оконце, недостаточно широкое, чтобы в него мог кто-нибудь пролезть.
— Спасибо.
— Я хочу осмотреть его.
Возражать было бесполезно. Она тщательно осмотрела пилота.
— Не беспокойтесь. Я доктор Кр…
— Не думаю, что ему стоит знать твое имя. Как и мое. Осторожнее с ним.
Она сделала глубокий вдох и постаралась говорить как можно спокойнее:
— Я врач. И просто собираюсь осмотреть вас. У вас есть имя?
Пилот покачал головой.
— Он использует имя Эйно Горан.
— Понятно. Эйно, ситуация неприятная, но если вы будете сотрудничать со мной и с Гр… и моим другом, это сможет изменить ваше положение в лучшую сторону. И в самое ближайшее время.
Друг. Я почувствовал злобную издевку, которую она вложила в это слово.
Креция неодобрительно посмотрела на меня.
— Ему необходимо пить и есть. Особенно пить, учитывая эту жару.
— Скажи это ему.
— Вы должны пить, Эйно. Если вы не станете пить, я буду вынуждена положить вас под капельницу.
Только после ее увещеваний пилот выпил немного воды.
— Очень хорошо, — сказала она и обернулась ко мне: — Его путы слишком тугие.
— И ослаблять их я не стану.
— Тогда подними его и дай немного пройтись по двору. Свяжи руки чуть иначе.
— Возможно, позднее. Если бы ты знала, кто он такой и что сделал, то не была бы настолько гуманна.
— Я офицер Официо Медикалис. Не имеет значения, что он натворил.
Мы возвратились в гостиную.
— Его личность имплантирована. Я должен проникнуть сквозь нее.
— Чтобы узнать, кто он на самом деле?
— Чтобы узнать, на кого он работает.
— Ясно.
Она села и принялась грызть ногти. Креция всегда так поступала, когда нервничала.
— У тебя есть медицинские препараты. Может быть, зендокаин? Вульгата оксибарбитал?
— Шутишь?
Я покачал головой и сел напротив нее.
— Я говорю серьезно. Мне необходим психотропный препарат, или, по крайней мере, опиат, или барбитурат, чтобы ослабить его силу воли.
— Нет. Это абсолютно недопустимо.
