эти, — добавил он, показав рукой на стоящих поблизости надзирателей.
— Вы оставайтесь, а вашего коллегу мы забираем с собой, надо перетолковать о дальнейших шагах.
— В таком случае я с вами, — дернулся следователь и, тут же повернувшись к надзирателям, потребовал, чтобы они были бдительны и прислушивались к тому, что происходит в камере.
— Пойдемте, — предложил следователю Артем, потянув за локоть, и при этом шепнул, что за ситуацией в камере осуществляется аудио-и визуальный контроль.
Как только чекисты вошли в кабинет, следователь, еще не успев толком присесть на стул, взволнованно произнес:
— Товарищи, как говорится, лед тронулся, нужно еще немножко поднажать — и он начнет колоться! Или есть другие соображения?
Следователь, что помоложе, поддержал своего коллегу и заметил:
— Вещдоки, конечно, деморализовали Бизенко, хотя, как мне кажется, он внутренне был готов к такому развитию ситуации, но подключение Эди перепутало ему все карты. Как было видно, шпион меньше всего ожидал, что его сосед по камере, кому он доверился, является чекистом.
«Умница, надо же, как он прочувствовал ситуацию», — подумал Эди, изучающе глядя на молодого человека.
— Коллеги, бесспорным является то, что Эди имеет серьезное влияние на «Иуду», — вступил в разговор Артем. — Это проявилось сразу, после первых же его слов. Более того, шпион, уже зная, что Эди является контрразведчиком, практически не изменил к нему уважительного отношения. И это есть наш главный козырь в работе с «Иудой».
— А разве кто возражает против этого? — риторически произнес следователь, что постарше. — Я — нет, и мой коллега, как вы слышали, тоже. Выходит, у нас единый подход к данному вопросу. Вместе с тем хочу напомнить, что передо мной стоит задача задокументировать его преступную деятельность в соответствии с нашим уголовным законодательством. Поэтому прошу оказать мне надлежащую помощь.
— Несомненно, вы правы, и мы будем все это делать, но поэтапно. Сейчас главное состоит в том, чтобы «Иуда» стал с нами работать, а все остальное будет решаться в процессе, — заметил Артем, несколько нервничая.
— Может быть, дадите сказать и товарищу майору? — проронил молодой следователь, — насколько всем нам известно, он лучше, чем кто-либо из нас, знает, как сейчас с Бизенко вести разговор. Тем более, кроме как с майором, он в данный момент и разговаривать ни с кем не хочет.
Эди внутренне улыбнулся этим словам, поняв, что тот стремится остановить разговор представителей двух управлений об известных всем чекистам истинах.
— Вы правы. Так что, Эди, слово за тобой, — поддержал следователя Артем и облегченно откинулся на спинку стула.
Следователь, что постарше, перевел взгляд на Эди и сделал заинтересованное лицо, что должно было означать готовность выслушать его точку зрения.
— У нас немного вариантов для работы с «Иудой», — не торопясь произнес Эди. — Первый — он вытекает из прямого поручения руководства КГБ СССР. Это склонение шпиона к сотрудничеству, чтобы минимизировать нанесенный им ущерб оборонной безопасности нашей страны. Второй — это закрепление имеющихся доказательств шпионской деятельности «Иуды» и фактов совершения им в сговоре с другими лицами незаконных валютных операций. При этом милиция навесит ему еще покушение на жизнь Шушкеева. Разговор о том, что первично, а что вторично, думаю, сегодня не столь актуален, и потому нам надо работать, гармонично сочетая оба варианта.
— Так-так, — произнес следователь, что постарше, как-то по-новому взглянув на Эди.
— Эди, ты не сказал ничего о том, как мыслишь построить работу с ним после этого часа, — сказал Артем.
— Мне кажется, что товарищу майору нужно продолжить избранную им тактику, — внес предложение молодой следователь.
— В принципе я согласен, — поддержал своего коллегу другой следователь.
— Но из тактических соображений разговор с «Иудой» мне надо продолжить один на один, — заметил Эди.
— Я не согласен, — неожиданно категорично сказал следователь, что постарше.
— В чем причина, поясните свою позицию, — раздраженно произнес Артем.
— Видите ли, Артем, это следственный процесс и поэтому тон в нем должен задавать следователь.
— И это вся ваша аргументация?! — удивленно переспросил Артем.
— Разве этого мало?! — нервно заметил следователь.
— В таком случае я сделаю так, что вы со своей аргументацией сегодня же будете отстранены от этого дела, — резко произнес Артем.
Эди, с самого начала их разговора ожидавший чего-либо подобного, с металлом в голосе произнес, прервав начавшего было говорить следователя:
— Товарищи, не путайте государственное дело со своими дачными грядками. У меня создалось впечатление, что из-за своих мундиров вы забыли, что через тридцать минут надо идти к откровенному врагу, который, насколько я его знаю, еще не принял решение, как здесь уже было сказано, колоться. Не торопитесь делить шкуру неубитого медведя, иначе вместо наград можете крепко пострадать.
После этих слов в кабинете на некоторое время повисла тишина, которую первым нарушил все тот же молодой следователь:
