— Это я заметила, правда…
— Правда, что? — спросил Эди, улыбнувшись.
— А то, что он слишком настойчив в желании стать незаменимым в нашей семье, своими предложениями привезти продукты, навестить дома. Мне это не нравится.
— Он знает, что вы одна? — спросил Эди, будучи уже уверенным в том, что аспирант является сыном того самого Сафинского, к которому ему рекомендовал обратиться «Иуда».
— Я ему об этом не говорила.
— В любом случае его надо аккуратно остепенить и держать, как говорится, на почтительном расстоянии, — посоветовал Эди, предположив, что аспирант ищет возможность проникнуть в квартиру. И это родило в голове Эди рой вопросов и мыслей: «Для чего он рвется в квартиру? Может быть, они знают о чемоданчике или допускают, что «Иуда» хранит здесь шифры, шпионскую аппаратуру?.. Вполне возможно. Но в таком случае они поставили перед ним задачу заполучить их через Елену. А может, в квартире имеется тайник, о котором «Иуда» не сообщил? Вроде нет ему резона скрытничать, если практически все уже сдал и согласился работать с нами, рассчитывая на послабление наказания. Это нелогично. В таком случае остается полагать, что его хозяева пытаются зачистить квартиру от возможных следов его сотрудничества с ними. Следовательно, необходимо продолжить наблюдение за Еленой и квартирой, а также дополнительно тщательно обследовать».
— Спасибо, вы как мой папа. Он тоже такой серьезный и строгий.
— Елена, ваш папа очень за вас волнуется. Вернувшись в Минск, я расскажу ему, какая у него самостоятельная дочь. Интерес же к вашему новому знакомому проявляю, чтобы понять, что он за человек.
Александр попросил меня побеспокоиться о вас. Но только не говорите Даниилу о том, что имеете информацию о минских делах отца. Это так, на всякий случай.
— Хорошо, не буду, если так надо, — с металлом в голосе сказала Елена, а потом, будто что-то вспомнив, резко встала и вышла из комнаты, но быстро вернулась, держа в руках письмо отца. И, смущенно взглянув на Эди, попросила его показать паспорт.
— Все правильно, Елена, это надо было сделать с самого начала, — ответил Эди, протягивая ей паспорт.
— Я хотела, но… — не договорила она, листая его страницы.
— Понимаю… — теперь уже не договорил Эди, чтобы не возвращать ее к пережитому эпизоду.
— Папа пишет, чтобы я вам чемоданчик передала. Если хотите, можем сейчас за ним пойти, — произнесла она, возвращая ему паспорт.
— Если не устали, можно и сейчас, — согласился Эди, обратив внимание на то, что Елена сказала «пойти».
— Хорошо, только узнаю, дома ли Катя, — заметила она поднимаясь, чтобы идти в коридор, где находился телефон.
— Если не возражаете, я тем временем досмотрю коллекцию гербов.
— Пожалуйста, — согласилась Елена.
Вернувшись после звонка, она сообщила, что Катя дома и ждет.
Через полчаса они были в ее квартире. Не успели они толком и присесть, как Елена объяснила подруге причину их прихода.
Катя без всяких расспросов достала из стоящего здесь же в комнате видавшего виды комода небольших размеров кожаный чемоданчик и передала его Елене со словами: «Я о нем уже забыла».
Затем присела с ней рядом на диван и, стрельнув глазами в сторону Эди, шепотом спросила:
— Это он?
— Нет, это друг папы, — так же тихо ответила Елена, бросив взгляд на Эди, как бы желая убедиться, что тот не услышал вопроса подруги.
— Познакомь, я люблю крепких мужиков.
— Кать, отстань, не к месту ты все это.
— Глупости говоришь, это всегда к месту, — хихикнула та и добавила: — Или тебе такая корова самой нужна? Помнишь, как мужик на базаре буренушку продавал?
Эди, имеющий хороший слух, конечно, слышал, о чем говорили подруги, и чуть было не улыбнулся, когда услышал фразу о корове из одноименной сказки Михалкова.
«Надо будет Артему рассказать об этом и вместе с ним посмеяться, как меня с коровой сравнили», — решил Эди, продолжая прислушиваться к шепоту подруг.
— Не дури, ты же меня знаешь, и вообще нам надо идти.
— Может, чайком угостить? А то раз-два и ушли.
— Кать, в другой раз, сейчас нет времени.
— Понимаю, понимаю, я тоже не тратила бы попусту время на всякие там другие дела, если под боком такой бугайчик оказался.
— Ты что, с ума сошла? Давай проводи нас, — так же тихо сказала Елена, и направилась к выходу, бросив Эди: — Уходим.
