Андрей Белый и Эмилий Метнер. Переписка. 1902–1915

Октябрь – ноябрь 1909 г. Москва

Дорогой Эмилий Карлович!

Очень прошу Вас приехать в среду в Москву[2076].

Есть безусловно важное сообщение о технике ведения всего нашего дела[2077].

Ваш приезд и разговор с Брюсовым необходим. Иначе мы рискуем запутаться совершенно и остаться без денег до окончания года. Мой разговор с Брюсовым о технике ведения дела меня потряс. Если не приедете в среду, то позвольте мне приехать во вторник. Жду разговора по телефону с Вами.

Любящий Вас

Борис Бугаев.

РГБ. Ф. 167. Карт. 2. Ед. хр. 9. Помета синим карандашом: «LХII».

177. Метнер – Белому

Октябрь – ноябрь 1909 г. Изумрудный Поселок

Дорогой Борис Николаевич. Т<ак> к<ак> разговор по телефону затруднителен, а Вы все равно собирались к нам, то приезжайте во вторник к нам. Я предпочитаю в среду остаться здесь и приехать только в субботу. Это письмо передаст Вам Николай Иванович Сизов. Решительно недоумеваю относительно Вашего сообщения о разговоре с Брюсовым. Все это недоразумение или интрига. Конечно, первый год мы издадим меньше, нежели предполагали, но это ни до кого не касается. Если техническая постановка, организованная главным образом Кожебаткиным[2078], окажется слишком невыгодной, мы к 1911 году ее изменим: вот и всё. И откуда Брюсов знает о постановке и о средствах нашего издательства? Я ему об этом ничего не сообщал. Главное зло Москвы это излишние хаотические разговоры. Телефонируйте или попросите протелефонировать мою маму, к какому поезду Вам высылать лошадей, 12.30 или 4.50? Обнимаю Вас и жажду рассеять Ваши сомнения.

Ваш Э. Метнер.

P. S. Привезите, если можете, мои статьи с Вашими примечаниями[2079].

РГБ. Ф. 25. Карт. 20. Ед. хр. 8.

Ответ на п. 176.

Том 2 1910–1915

1910

178. Белый – Метнеру

20 января 1910 г. Бобровка

20 января.

Милый, милый,

Шлю Вам привет издалека[2080]: чувствую Вас так близко к себе; чувствую Вас, как Вас (для Вас), чувствую как Вас и себя, чувствую нас (Вы, Николай Карлович, я) – чувствую как всех нас (Вы, Анна Руд<ольфовна>, Алекс<ей> Сергеевич, Киселев, Ник<олай> Карлович[2081], я, и… наш издатель) с нашим издателем: да, да, да; она должна быть среди нас. Я сейчас ее видел: она хочет, она готова, она будет с нами, она должна быть.

Любящий Вас Б. Б.

P. S. Я сейчас пожал руку ? Г…[2082] О, какая это душа: она мне сестра! Знаете ли Вы, что она сейчас думает о нас: ей одиноко, хотелось бы ей улыбаться. Улыбнитесь…

Не собирается ли Г… (отчества не знаю) приехать?

РГБ. Ф. 167. Карт. 2. Ед. хр. 10. Помета синим карандашом: «LXIII».

179. Белый – Метнеру

Январь – апрель (?) 1910 г. Москва

Дорогой Эмилий Карлович,

надеюсь, что мы сегодня увидимся у меня; надеюсь, что Н. К. будет, так же как А. М.[2083]

Искренне любящий Вас

Борис Бугаев.

РГБ. Ф. 167. Карт. 2. Ед. хр. 11. Помета синим карандашом: «LХIV».

180. Белый – Метнеру

31 марта 1910 г. Бобровка

Милый, милый и близкий Эмилий Карлович,

как хочется Вас видеть, как хочется с Вами говорить, говорить без конца; тут, в Бобровке[2084], тишина – снег сбежал, убегают последние ручьи, и небо разверзлось; по вечерам в зале на белых колоннах красный оскал зари; – и тревога: ответственность давит, приближается что-то единственное и строгое: это я знаю; если б пожить с Вами здесь, можно было бы многое решить; мы все призваны, – но мы слабы, слишком мы слабы; будет день – и мы встанем рядом;

как хочется Вас видеть, и говорить без конца; тут, в Бобровке, идут дни за днями – тихо, молчаливо, торжественно; и вся московская суетня с путаниками и quasi-путаниками (я заметил, что в последнее время развилась мода симулировать путаников) – далека и чужда; о, эти московские чудаки! Кто их создал? Для чего они завелись? Деятельность их к ужасу удваивается; энергия их путать – все возрастает; скоро круг этой деятельности покроет всю